Прощание с Ленинградом

Устремленность живых черных глаз превратилось в блеклое равнодушие (я знаю все про себя, и про вас тоже, и ничего нового уже не будет).

Осенью обнажаются деревья, как обнажается суть.

Мы (Союз) не движемся сами, а цепляемся сзади за общее движение.

– Папа, а в жизни есть чертики?

– Не знаю, сын, может быть и есть.

– Папа, а в жизни, наверное, нет чертиков?

– Может и нет.

– Папа, наверное, чертиков все-таки нет…

Странный вопрос – есть ли в жизни чертики?

Невозможно длительное время иметь температуру выше окружающей среды (второй закон термодинамики).

К вопросу о работоспособности в СССР – здесь все еле движется.

Все люди – единое и неделимое целое. Их разделяет только неспособность мыслить естественно.

У нас в Советии патологическое неприятие всего красивого, естественного, гармоничного. Может потому, что все это не гармонирует с нашей социальной системой.

Старое мы разрушили. Новое так и не удалось построить. В сущности, все новое здесь – извращенный вариант старого.

До сих пор страна жила запасами того старого, что было накоплено тысячелетиями в народе. Этот запас иссяк. Мы растратили себя. И уничтожив старое под корень, строили на оставшихся корневищах.

Теперь и они сгнили, засохли. То колоссальное здание, которое было воздвигнуто, оказалось пустым внутри, мертвым, безжизненным. И с отмиранием оставшихся корней, служивших хоть какой-то опорой, здание накреняется, дает трещины, рушится кое-где. Подпорки, которые ставятся под стены и под основу, тоже рушатся, так как они сделаны из того же пустого материала.

И если общество – это организм, то до сих пор он жил благодаря заложенному предыдущими поколениями здоровью. Но он растратил себя, и сейчас это умирающий организм, живущий только на инъекциях (не до конца уничтоженные природные ресурсы и не до конца загубленная среда обитания). Но никакие инъекции (в виде займов у себя и у природы), никакие препараты (в виде призывов и лозунгов, принятия бесконечных решений, различных пертурбаций, косметики и т. д.) не спасут.

Необходимо срочное хирургическое вмешательство, с последующим лечением свежим свободным воздухом.

Выйдешь ночью на дорогу,

Лунный свет тебя согреет,

И ты станешь понемногу

Понимать…

Смерть отделилась от стены, прошлась по комнате. Лунный свет, проникающий через окно, делал ее серебристые волосы светло-пепельными…

У окна стояла кроватка, на которой спал мальчик, тихо посапывая во сне.