Рассказы. 2020—2022 гг.

Обменявшись приветствиями и, уточнив, не забыл ли кто взять с собой, то о чём договаривались заранее, мы погрузились в ГТС и тронулись в путь. Я, как старший машины, сел в кабину, а мои попутчики расположились на крыше вездехода. Они могли расположиться и в кузове, но там не было окон, кроме того железный кузов резонировал от звуков работающего двигателя так, что в этом железном корыте невозможно было ни разговаривать, ни тем более дремать, так что мужики предпочли ехать с ветерком на свежем воздухе.

По пути мы заехали в соседнюю деревню Косково, чтобы забрать местного егеря Серафима.

Пока ожидали Серафима, перекурили, один из местных мужиков рассказал о том, как он прошлым летом ходил с друзьями на дальние вырубки. Рассказчик говорил скороговоркой и для меня его рассказ был очень непонятным, хотя кое-что я всё же понял. Дело в том, что местное население в Холмогорском районе Архангельской области разговаривает на диалекте, который не так легко понять человеку со стороны, особенно из тех мест, где говорят неспешно, протяжно, к примеру, как у нас на Кубани.

Серафим оказался неприметным мужчиной, лет пятидесяти, с пристальным взглядом, невысокого роста, среднего телосложения, разговаривал также как и другие мои попутчики непонятной для меня скороговоркой. Дорога предстояла дальняя – около семидесяти километров по бездорожью среди лесов и болот, поэтому, как только Серафим уложил свои вещи – тронулись в путь.

Это путешествие мне предвещало много интересного, поскольку я вырос в кубанских степях и никогда не бывал в настоящей тайге и не видел настоящих топких болот.

Неизвестность манила, а предчувствие приключений только добавляло настроения.

Через некоторое время я почувствовал все прелести езды в кабине, несмотря на громкий рёв двигателя и некоторое количество газов, попадавших в кабину от работы двигателя. Моим попутчикам повезло меньше – свежий ветер от быстрого движения недолго добавлял им хорошего настроения. Как только мы въехали в лес, преимущества их положения закончились – лесная дорога, по которой мы ехали, была таковой лет двадцать назад.

Теперь же это была поросшая мелким березняком и ивняком просека, вся в ямах и колдобинах. Нависающие со всех сторон ветви молодых деревьев жестко хлестали моих попутчиков. В какой-то момент они взмолились и запросились в кузов.

Так проехали мы еще часа полтора – два. Серафим постучал по переборке, это означало, что нужно остановиться.