Равные

 – Мне легче с закрытыми ушами!

– У всех Металлов гиперчувствительность, – заметил Золото.

– По непонятной мне причине, у неё, очевидно, ситуация хуже.

– Что? – я так громко сглотнула, что чуть не оглохла. – Скажи, Платина, что…

Как же громко я говорю! Ведь пытаюсь тихо, чуть ли не шепчу, а перепонки всё равно разрываются…

– Для начала необходимо лишить тебя хотя бы одной из способностей восприятия мира. Это спасёт тебя от рассредоточения. С завязанными глазами лучше?

– Да! Да, лучше!

– Может ей ещё и уши мхом заткнуть? – в голосе Золота послышалась враждебность.

 – До Большой Земли нам ещё многие мили.

Платина молниеносно поднялся: мои волосы даже всколыхнулись от резкого движения рядом…

– Хотя бы ты успокойся, – Платина зазвучал не менее враждебным тоном. – У нас на хвосте ликторы, так что сейчас мне нянчиться с новообращённой ещё куда ни шло, но с опытным Металлом мотать свои нервы я не собираюсь.

– Если бы ты не воткнул ей клинок в сердце, нам бы в принципе не пришлось сейчас мотать нервы!

– Я не воткнул в её сердце клинок – я обратил её в Металл.

Это не убийство – это спасение. И ты это прекрасно понимаешь. Так что вместо того, чтобы разыгрывать трагикомедию, можешь сказать спасибо за то, что из жалости к тебе я не обратил её в Платину.

– Из жалости ко мне?! – Золото был на грани! – Я бы тебя так не пожалел!

– Я в курсе. Если бы ты добрался до неё первым, она бы уже была Золотом.

– Я бы не… Я бы не вонзил в её сердце нож!

– Эти сказки ты можешь рассказывать ей, но не мне… – Платина стал отходить в сторону.

Я резко дернулась в направлении звука его шагов. Шаги Золота сразу же стали приближаться ко мне. Теперь я дернулась в направлении их звучания. И вдруг я поняла, что осязаю на расстоянии! Я не видела, как Золото садится напротив меня на корточки, но я будто чувствовала всем своим телом ауру, исходящую от каждого его телодвижения. Металл потянулся рукой к повязке, наложенной на мои глаза. Когда он снял её, я вздрогнула и открыла глаза… По моей коже сразу же разлилась дрожь. Мои руки мгновенно засеребрились.

– Да, не стоит, – спустя пять секунд заключил он, и сразу же начал повязывать материю обратно мне на глаза.

– С тобой тоже так было? – я шептала тихо-тихо, но в моих ушах каждый издаваемый мной звук откликался громогласным набатом.

– Нет.

– А с Платиной?

– Нет.

– С Барием или с Франций?.. – мой голос предательски выдавал крайнюю степень уязвимости, в которой я сейчас пребывала.