Зимние сны

Его картины можно было читать, как поэзию. То это было весеннее пробуждение леса и тихое пение ручья, то тёплое дыхание изменчивой летней рощи с игрой светотени, то грусть заросшей мхом лесной просеки.

Зимняя звёздочка вела его по жизни. Ведь живописец – это тот, кто умеет передать разные тайны природы.

Евгения Босина / Нагария /

Евгения Босина родилась в Киеве, окончила филфак Киевского госуниверситета (по специальности: «Русский язык и литература»). В 1990 г. вместе с семьёй репатриировалась в Израиль.

Живёт в г. Нагария, преподаёт русский язык. Стихи начала писать на Святой земле. Член Союза русскоязычных писателей Израиля, лауреат премии СРПИ им. Д. Самойлова, автор 5-ти поэтических сборников. Печаталась в израильских и зарубежных изданиях: «Время и место» (Нью-Йорк), «Иерусалимский журнал», «Бульвар Ротшильда» (Тель-Авив), «Дальний Восток», «Южное сияние», «Балтика-Калининград», «Литературная газета», «Эмигрантская лира» и др. Победитель, лауреат и финалист различных международных литературных конкурсов.

«Кто-то небо усыпал крошкой…»

Кто-то небо усыпал крошкой,

Мелкой-мелкой, цветной, холодной…

Я лечу над лесной сторожкой,

Я невидима и свободна.

Подо мной – серебрится зелень,

Надо мной – голубеют воды.

Станет скучно – гляжу на землю,

Станет трудно – держусь за воздух.

Я лечу – над мостом и пашней,

Я над словом лечу и делом,

Над тобой, над собой вчерашней

И над тем, что вчера болело,

Я лечу, потому что вереск

Пожелтел, значит, скоро стужа,

Потому что всё дальше берег,

А река всё темней и глубже,

Я лечу, потому что полночь,

Потому что душе угодно,

Потому что однажды вспомню:

– Я невидима и свободна!

«Опять, опять тоска по снегу…»

Опять, опять тоска по снегу

Грозит сезонным обостреньем:

Неровным пульсом, плачем, смехом…

Но, врач и мастер сновидений,

Пришёл январь, взмахнул рукою

И распахнулись, как когда-то,

Лесов приёмные покои,

Полей пресветлые палаты…

Плыл снег, летел, как белый аист,

Крылом касался осторожно,

И жар спадал, и сны сбывались —

То внутривенно, то подкожно,

Кружились звёзды и не гасли

В своей завьюженной купели…

А я спала, мне снилось счастье:

не свет, а снег в конце туннеля.

И пахло счастье утром стылым,

Сосной, нетопленою дачей

И почему-то… детским мылом —

Тем, от которого не плачут.