Тонкий холод. Книга баллад

Что же, теперь можно кнопку нажать,

но можно чуточку и подождать —

третий сосед в этот миг со двора

с шумом вошел, с ним вошла и игра.

Немца характер поставлен на кон:

в ящике с почтой все возится он,

ждет, чтоб уехали мы наконец —

он же пешочком наверх, молодец!

С маской он кушает, с маской и спит:

так ему просто ментальность велит,

мы же – назло ей – его в лифте ждем,

да еще поторопиться зовем.

Так привлекательной женщины взгляд

мужу счастливому вызов и яд,

вызов и яд были в наших словах:

как на крючке, извивался в них страх!

Молча схватился с ним немец-сосед —

с мраком так вечно сражается свет —

мы же с турчанкой за лифта чертой

молча следили за страшной борьбой.

Думаю я, с полминуты прошло,

прежде чем страха великое зло

было доверия крепким плечом

сдвинуто: ящик замкнул он ключом.

И – заскочил к нам в лифтовую клеть:

значит, сумел себя преодолеть!

стал даже нас с Рождеством поздравлять,

и от души всем здоровья желать.

Так что не к верхним одним этажам —

к высшим поехали мы рубежам, —

вот вам и дан однозначный ответ:

есть место подвигу в жизни иль нет.

Весы мира сего

Если однажды, в безоблачный день,

сквозь отпускную блаженную лень

мира иного падет на вас тень, —

и – не поймете, откуда она,

ибо причина вещей не видна,

и двуединой остаться должна, —

если, затем – недурной, как пуант —

местом событий возьмем мы Таиланд:

ибо он лучший из всех вариант, —

дальше, вам встретится если монах

в робе оранжевой, с чашей в руках,

облику коему чужд всякий страх, —

и это будет для вас, как урок,

токать начнет вдруг догадка в висок:

прежняя жизнь-то пошла вам не впрок, —

но, зашивая душевные швы —

нет безболезненных истин, увы! —

пару туристов увидите вы, —

тех, что пломбир смачно лижут как раз,

что сувениры купили сейчас,

тех, что, короче, похожи на вас, —

и вам покажется, что, если сдуть

с улицы эту заезжую муть,

то и монах потеряет чуть-чуть, —

кроху божественной тайны своей:

стало быть, хочет она, чтобы ей

фоном служил круг обычных людей, —

да, если все будет именно так,

как описал я – иначе никак —

значит, вам дан необманчивый знак, —

то есть открылась вам из ничего

та, что, быть может, важнее всего:

тайна гармонии мира сего.