Сезон дождей

Больше всего ей нравятся короткие смешные рассказы, в которых на последних строках все переворачивается вверх дном. Она каждый раз с нетерпением ждет, чтобы узнать, где история обманывала ее… А писать получается не слишком хорошо. Она знает все буквы, но рука не слушается.

– Может, попробуешь писать другой?

Когда начинает темнеть, путникам приходится повернуть назад и сойти с дороги. Чуть раньше они заметили серую кирпичную коробку, бывшую трансформаторную подстанцию. Внутри пусто, не считая грубо сколоченного ящика, в котором есть немного угля.

В бетонном полу выбито углубление, заполненное золой.

На разожженных углях книжник готовит консервы, пока женщины готовят ночлег. За ужином Ольвия рассказывает, как однажды увидела грузовик, который съехал в кювет на трассе, ведущей к Городу. В кабине ей удалось найти ключи и она открыла ими кузов. Из него вывалились коробки с мягкими игрушками. Ольвия взяла себя рыжего котика. Хотела серого, но не нашла такого. Она засыпала с ним, обнимала, представляла, как оставит его там, где покоится ее сын.

Йоэль любил кошек. В одну из ночей она сжала игрушку в объятиях так сильно, что почувствовала в ней что-то странное. Ольвия открыла молнию на спине кота и вытащила из игрушки несколько комков поролона. А следом еще три пакетика с бурым порошком. Она бросила сначала их, а потом и игрушку в догорающий костер.

Ольвия просыпается от тянущей нудной боли, которая пульсирует в такт скрипу двери. Грей кусает ее за руку и тяжело мурчит. Женщине приходится легонько шлепнуть питомца по голове, чтобы он разжал челюсти.

Кот немедленно начинает мяукать. Рука опускается под свернутый в рулон рюкзак, который служит подушкой. Находит фонарик, щелкает выключателем. Ольвия поднимается, идет к лязгающей двери. Круг света упирается в спину Дианы. Она дергает ручку двери на себя. Отпускает, а потом тянет обратно.

– Что ты делаешь?

Нет ответа.

– Тебе надо выйти?

Ничего.

– Пожалуйста, не открывай дверь. Если за окном дождь, то мы все можем… – Ольвия кладет руку Диане на плечо и поворачивает к себе.

Пустые глаза, приоткрытый рот, из которого тянется струйка слюны. Девушка чуть покачивается из стороны в сторону. Ольвия трясет ее за плечо, но во взгляде Дианы ничего не меняется.

– Ходишь во сне… Пойдем. Я посплю с тобой, чтобы ты никуда не ушла.

Ольвия разжимает пальцы Дианы, сжавшие ручку двери. Подводит сомнамбулу за руку к своей постели, нажимает на плечо, чтобы она села, а потом и легла.