Обреченные пылать

Наверное именно поэтому они с такой лёгкостью доверились обслуживающему персоналу в щепетильном вопросе подбора компаньонки для их дочери. Новую компаньонку для Ирмы искал едва ли не весь штат, но Кристофер стал первым, кто предложил свою кандидатуру (меня), поэтому вопрос считался закрытым уже спустя сутки после увольнения моей предшественницы.

И всё же подобный поступок мистера Риордана казался мне опрометчивым. Фактически я была незнакомкой с улицы, могла оказаться даже воровкой-рецидивисткой, которую он свободно впускал в собственный дом в своё отсутствие лишь потому, что доверился выбору своего водителя…

Итак, мистер Риордан улетел на три недели, оставив свою единственную дочь на попечение абсолютно постороннего человека.

Этот миллионер явно кого-то из нас троих (я, Кристофер, Ирма) недооценивал.

Всё, что я знала о Риорданах, это то, что они сказочно богаты, и, как сразу выяснилось, для меня этой информации оказалось более чем достаточно.

Одно только тяжеловесное слово “миллионеры” опрометчивым легким мазком составило моё общее видение семьи, на которую мне предстояло работать. И всё же, блин, мне стоило узнать у Кристофера об этих людях побольше информации, но я этого так и не сделала, так как утратила всё своё природное любопытство ещё когда мне было лет тринадцать. Итого – в результате хронически отбитого любопытства у меня на руках так и остались глупые предрассудки о своих новых работодателях.

…Прежде от своего дома до рабочего офиса я добиралась за сорок пять минут без учета пробок, сейчас же, осознав, что время уменьшилось на десять, а с учетом отсутствия пробок даже на тридцать минут, я внутренне улыбнулась данному факту. Двадцать минут езды по свободной магистрали без пробок – мечта любого водителя. Что ж, еще одно подтверждение того, что этот хлеб не дастся мне легко – ну не может всё складываться настолько удачно. Только не в моем случае.

День был солнечным, хотя солнце зачастую и перекрывали быстро бегущие кучевые облака. Март и первая половина апреля отличились достаточно засушливой погодой, зато со второй половины апреля и до сих пор британцы боялись рисковать выходить из дома без зонта или дождевика, так что мой зонт безвылазно валялся на заднем сиденье.

Я уже подъезжала к въезду в город, когда заметила перекрывающий дальнейшую дорогу шлагбаум.