Восставшие из пепла

Миссис Адамс назвала его в мою честь, в знак благодарности за то, что я подарил ей его ещё котёнком… Так значит Вы меня всё-таки не помните? Мы столкнулись с Вами в подъезде в конце июня, Вы несли прекрасный портрет молодой женщины, своей матери… Вы поинтересовались, могу ли я подобрать для него багет, и я пообещал помочь Вам, но больше мы с Вами так и не пересеклись.

– Оу… Да… Кажется я что-то припоминаю… – я и вправду “что-то припоминала”, вот только до конца вспомнить никак не могла.

Так вот зачем я привезла сюда этот портрет.

Вздумала обрамить?..

За сутки до годовщины смерти Робина я была не в себе, но я не была пьяна… Очевидно очередной провал в моей памяти произошёл из-за апатии, случившейся со мной в тот день.

– Знаете, я и вправду в тот день немного выпила… – схватилась за соломинку я. – Так что там с багетом для портрета?

– Заходите как-нибудь ко мне – я предоставлю Вам несколько замечательных вариантов. Только обязательно берите с собой портрет.

Будем мерять на него.

– Хорошо, спасибо, мистер Кембербэтч, – сжато улыбнулась я, хотя в душе кричала благим матом: “А-а-а!.. А-а-а!.. Как я могла забыть большую часть того дня?!”.

Кричать внутри себя я перестала очутившись на своей лестничной площадке, когда выйдя из лифта наступила на что-то хрустящее. Резко отдёрнув ногу, я поняла, что из фоторамки на меня смотрит улыбающийся Гэвин Флетчер. Прежде, чем я поняла, что происходит, я дёрнулась от резкого стука в соседскую дверь.

Обернувшись, я увидела Гэвина, стоящего спиной ко мне в своём чёрном деловом костюме. Он колотил дверь собственной квартиры с такой силой, что, казалось, вот-вот выбьет её. Хотя тот факт, что его вещи были разбросаны по всей лестничной площадке, невольно наталкивал меня на мысль о том, что эта квартира ему, скорее всего, больше не принадлежит, потому как, что совершенно очевидно, так решила Сильвия.

Обернувшись, Гэвин встретился со мной взглядом и сразу же посмотрел на мою ногу, которая всё ещё стояла на его фото.

– Оу… – я резко отдёрнула ногу с уже разбитой фоторамки. – Я случайно… – я нагнулась, чтобы поднять её и оценить повреждения. Впрочем, они были слишком сильны, чтобы не заметить их издалека.

Взяв в руки пустую плетёную корзину, в которую явно не поместилась бы и четверть разбросанных здесь вещей, Гэвин начал собирать всё подряд.

– Поклади где взяла, – вдруг пробурчал он.