Альманах «Российский колокол». Спецвыпуск. Премия имени Шарля Бодлера. 200 лет со дня рождения

Речи лились рекой, водопадом –

Властьдержащим мой нравился слог.

Им – трибуна, почет и награда,

Мне – миллион ненаписанных строк.

Выбрал сам, отпираться не будем –

Не сойти ведь с креста своего.

Человек – это то, то, что люди,

То, что люди хотят от него.

Я уйду, стану генною солью

У потомков в крови, не кляня,

Что забудут они: было больно

Мне за них, за них без меня.

По земле мы…

По земле мы ни бегать, ни ползать

Не умели, как вы, никогда.

Наше время любимое – полночь,

Засыпают когда города.

Исчезают все шорохи, стуки,

Люди спят или делают вид.

Мы спасаем своим ультразвуком

Души тех, у которых болит.

Эти души всегда исцеляли,

Хоть никто и не знает о том.

И не гибли они, выживали,

Спасены неизвестным врачом.

Обладая недюжинным даром

(Он неведом людским докторам),

Мы его отдавали задаром,

Безъелейно, без «трам-та-ра-рам».

Ни похвал не искали, ни славы,

Улетали до первой зари.

Для людей мы всего лишь забава,

А по россказням их – упыри.

Только это давно было, в прошлом,

Нас изгнали из всех городов.

Впрочем, нам и самим стало тошно

От людских злодеяний и слов.

Без любви, без надежды, без веры

Жить хотели который уж раз.

И тогда мы ушли в пещеры,

Пусть теперь обойдутся без нас.

Мы частенько сидели на крышах,

Далеко-о было с них видать.

Мы, поэты, летучие мыши,

Разучились летать и спасать.

О, наши прошлые пиры…

О, наши прошлые пиры в бурьянах!

На старых кладбищах и без стаканов…

Мы пили без закуски, из горла,

И по щеке невидимо слеза текла.

Мы – молоды, задорны и беспечны,

Казалось нам, что жить так будем вечно.

Алмазы наши были из стекла,

И по щеке невидимо слеза текла.

Метались, спорили, себя искали,

Хоть ошибались, но не предавали.

И сокрушались: жизнь вот так легла.

И по щеке невидимо слеза текла.

Как далеко те давнишние были!

Одни стихи и песни нас роднили.

Пыталась жизнь сломить, но не смогла,

Лишь по щеке невидимо слеза текла.

Мой друг зовет меня сегодня в гости,

Я жив, другие где-то на погосте.

Приеду, эх, как жизнь нас разнесла…

Прижмусь к твоей щеке, где та слеза текла.

Ночь ресницами черными хлопает

Ночь ресницами черными хлопает.

Июль. Зарницы, но без дождя.

Эти поздние летние хлопоты…

Звезды совами с неба глядят.

Копошатся людишки полевками,

Хоть охоты сезон открывай.