Душа Православия. Книга номинантов одноименного конкурса 2022

Так посоветовала ему женщина в платке, которая организовала ему крестных. Священник его перекрестил – во имя Отца и Сына и Святого Духа!

– Ну, получил ты благость Божью? – спросил он.

– Спасибо! – робко промолвил Матвей. – А скажите, когда ко мне прилетит ангел-хранитель? Увижу ли я его?

– Ангел теперь будет всегда с тобой! А увидеть его могут только те, кто добрыми делами заслужит благословения Бога! Совершай больше добрых дел для других, и ангел будет всегда с тобой!

Матвей выбежал из храма – душа его сияла! Он бежал к себе в поселок, и ему казалось, что он летит на перегонки с ангелом.

Звезды уже сияли на небе и как-то особенно сверкали. Их было так много, как никогда. А он, Матвей, летит, подгоняемый теплым вечерним ветром благости божьей. Его переполняли чувства. Что-то горячее поднималось в нем, доходило до макушки головы и кололо маленькими иголочками, а по спине бегали мурашки. Ему казалось, что он излучает свет, и этот свет виден из космоса, а космонавты не могут понять: что это за чудо?! Над Землей катится светящийся шар с маленьким человечком внутри! А человечек – это он, Матвей, светится от счастья соприкосновения с Богом!

Мальчик пробежал опушку леса, обогнул покатый холм, на котором Гена-Кнут пас поселковых коров, и спустился в овраг с ручьем.

Вечерняя сырость охладила взбудораженный пыл Матвея. Он остановился и ладонью окатил себя холодной водой ручья. Прислушался. Тишина правила миром, пахло полынью, лишь шелестели листья на кустах плакучих ив да журчал неугомонно ручей.

И вдруг он услышал отчетливый плач ягненка. Такой одинокий, такой зовущий, несчастный плач ягненка. Тонкий жалобный голосок его дрожал где-то во тьме и звал на помощь, словно плач маленького ребенка, забытого в лесу.

Матвей заметался по оврагу. Он пересек его несколько раз. Пробежал вверх вдоль ручья. Никого. Залез в чащу леса. Тьма и холодные ветви кустов. Голос ягненка то затихал, то замолкал, то переходил на прерывистые всхлипы:

– Ма – ма – ма – ма!

Наверное, вот так маленький Матвейка звал свою маму в роддоме.

А ее не было и не было. И никто не прижал его к теплой мамкиной титичке. Не знал он, что такое мамкино молоко.

Матвей споткнулся, покатился куда-то вниз, ударился головой о корягу, проскользил по острым камням, грохнулся вниз и очутился в глубокой промоине, где во тьме барахталось маленькое меховое существо, прижатое корягой.