Игра с нулевой суммой

Игорю Владимировичу вдруг сильно и жгуче захотелось, чтобы женщина побыстрее покинула его кабинет – в ту же секунду испарилась и ему бы стало легче. Он не мог никак объяснить себе возникнувшего желания, но ему уже подумалось, что, чтобы понять, в чем дело, необходимо было срочно распрощаться с кандидаткой и остаться в одиночестве.

– Хорошо, – он опустил глаза, столкнувшись снова взглядом с буквами на резюме, лежащим прямо перед ним на столе, – тогда на этом пока все, – он посмотрел ей прямо в ее зеленые глаза.

– Когда мне ждать обратной связи? – она не торопилась уходить. Ни одна мышца на ее теле не задвигалась, ничто в ней, и она сама не собиралось к выходу. Игорь Владимирович помолчал, выдержав паузу, хотя внутри него уже что-то начинало вскипать, но показать он этого не мог, потом взглянул на календарь справа на стене, на котором в верхней части, прямо над стройными рядами чисел, был изображен величественный собор с золоченой крышей, задержался на слове февраль, а потом сухо сказал:

– В среду будет ответ.

– Хорошо, спасибо, – она снова улыбнулась ему и Игорь Владимирович почувствовал неприятный укол где-то в области груди. Он стиснул зубы и больше ничего ей не говорил.

Наконец – к его радости – она поднялась со стула, взяв одновременно с соседнего свою черную сумку, и направилась к двери. Игорь Владимирович нажал на кнопку и дверь щелкнула. Он снова, так же, как и в начале, увидел ее во весь рост – в черной юбке и клетчатом сером пиджаке, в телесных колготках и черных блестящих сапожках.

«Как можно?» – подумал он в тот момент, когда его глаза повторно резанул контраст цвета колготок, облегавших худые голени, и цвета сапожек. Игорь Владимирович был эстетом и педантом и считал, что внешний вид многое говорит о человеке. И данный аргумент только добавлял силы к его уже сложившемуся не самому приятному мнению о кандидатке. Помимо внешнего вида, многое рассказать о человеке, считал Игорь Владимирович, могло еще рассказать его чувство юмора.

– До свидания, – обернувшись, женщина бросила ему на прощание.

– До свидания, – уже отвернувшись от нее к монитору компьютера, ответил он.

Дверь захлопнулась. Игорь Владимирович выдохнул.