Жизнь №2

– А если вакцина не спасёт его? – я перевела свой взгляд на мистера Пибоди, закрывшего дверь за несчастным миллиардером.

– Спасёт.

– Откуда такая уверенность?

– Изначально кубиков вакцины было девять. Мистер Боффорт использовал два. Один кубик вколол подростку из трущоб, умирающему из-за почечной недостаточности, второй кубик ввёл в вену своей пятидесятилетней служанки, едва пережившей инсульт. В обоих случаях неизлечимо больные не только исцелились, но даже немного омолодились. Думаю, с мистером Рэйндом всё будет в полном порядке.

Как и с Вами, если Вы сумеете верно распорядиться своим вторым шансом. У Вас осталось ещё шесть кубиков, Мирабелла. Что будете делать дальше?

– То, о чём мы с Вами договаривались, мистер Пибоди. Вы взяли с собой свои печати?

Глава 15

Итак, в возрасте восьмидесяти лет я созрела на первое в своей жизни завещание, официально заверенное одним из известнейших юристов США мистером Джимом Пибоди.

Во-первых, я пожертвовала всю свою библиотеку замечательной лавке подержанных книг, расположившейся за углом соседней улицы и принадлежащей приветливой семье: отцу и дочери.

Они начали торговать старыми книгами не так давно, распространяя свой бесценный товар всего по пять долларов за экземпляр, и когда в последний раз я заглядывала к ним – это было около трех месяцев назад – у них имелись некоторые проблемы с наличием товара: половина полок пустовала. Очень сильно надеюсь, что их дело даст моим старым книгам новое дыхание, и те, в свою очередь, помогут этой замечательной семье продолжать заниматься любимым делом. В библиотеке у меня значилось без малого 552 экземпляра книг.

Все вещи Вольта – собачьему приюту.

Квартиру и прочие вещи оставляю без определенного наследника – пусть родные распродадут и поделят прибыль поровну самостоятельно.

Далее конкретные суммы. Сделать своих потомков миллиардерами было бы равносильно их убийству: лишившись надобности достигать чего-либо самостоятельно, они зачахнут и промотают свою жизнь впустую.

Нет, пусть стремятся, пусть ставят перед собой цели, пусть мечтают, пусть развиваются, не останавливаются, не обесцениваются…

Итак, каждому кровному члену семьи – Джерри и малышка Лаура, Йен и малышка Фэй, Тиффани, Закари, Валери и Бен, – я оставила по двести тысяч долларов. Керри и Дейзи оставила двести пятьдесят – в счет статуса матери-одиночки Керри, что прописала отдельным текстом, чтобы внуки не подумали, будто кого-то из них я люблю больше или меньше.