Многоточие дождя…

Аромат ночных фиалок»

«Настроена на любовь…»

Настроена на любовь

струной на твоей гитаре

Настояна моя кровь

на том травяном отваре

как будто бы приворот

сама себе сотворила

Щеколду с моих ворот

рука твоя отворила

И может быть с этих пор

пишу и дышу стихами

Ты скажешь что это – вздор

пропитанный чуть духами

Откуда тебе-то знать

какой у печали запах —

фиалки ночной без сна

глядящей всегда на запад

Из книги «Видение» (медитативная поэзия)

74.

Я нить от Солнца свет клубится из клубка я нить Луны ночной приют художника покой в руке его я только нить пути.

Дерево

Дерево неизменно стоит на месте

по крайней мере так видится нам

Я тоже сейчас стою с ним вместе

раскинув ветви по сторонам

и ощущаю вибраций звуки высоковольтных линий

что в них проходят от наших клёнов до римских пиний

древесным током энергий древних

что остаются еще в деревьях

еще в горах устремленных вверх

и знают может быть больше всех

о том чего мы не помним даже

поскольку вечно открытый гаджет

закрыл нам видимость дальше глаз

а направленье подаст ГЛОНАСС

как подаяние нищим духом

Но я к стволу припадаю ухом

чтобы услышать как жизнь там льется

как дышит дерево сквозь кору:

оно качается но не гнется

на извивающемся ветру

Вдали от суетной беготни

мы с ним спокойные здесь одни:

неуловимые смыслы ловим

невыразимые в слове

«Воспоминания»

Земное (цикл)

«Малютка жизнь, держись…»

    (Арсений Тарковский)

1.

Я поставила цифру «1» впереди числового ряда:

не с неё ли берет начало всё дальнейшее исчисленье

и для тех кто стоит по воле иль неволе со мною рядом

может быть на всю жизнь коль выйдет иль всего на одно

мгновенье

Не уходи далеко от Земли

не выключай свет неяркий в прихожей

если следы твои вдруг замели

снежные бури на фурий похожие

Ты же не знаешь как холодно там:

в звездном плену иноземном и странном

Помнишь – как сладко вино по устам

капало и по бокалам хрустальным?

Не удержать его пенный накал

как наших ласк возбужденных до края

Что ты во мне в эту пору искал:

пропасть бездонную? Сладостность рая

сада Эдемского? Еву? Лилит?

«Я же земная!» – слова все кричали

Не от того ли печаль мне велит

вздрагивать как от озноба плечами?

2.