По ту сторону снов. Сборник

Михаилу страшно понравился вертолет с пультом управления. Если честно, он и сам бы с удовольствием поиграл с такой штукой. В детстве-то ничего такого ведь не видели. Семья была небогатая, экономили на всем. Да и не было в те времена таких удивительных и интересных игрушек!

– Возьмем? – спросил он Антошку, вертя в руках коробку с вертолетом и бегло читая на яркой упаковке все его возможности, – классная штука! Полетаем!

– Нет, пап, – сын явно не интересовался радиоуправляемыми моделями.

«Жалко, – подумал Михаил, – а я бы полетал! Ладно, может, он и прав.

Может лучше что-нибудь развивающее? Игру настольную или конструктор какой?»

Вдруг сын остановился. Глазенки у него загорелись, уткнувшись в одну точку. Отец посмотрел туда же. Там, на верхней полке, лежал флюгер. Огромный разноцветный пропеллер, гордо задранный вверх ярко зеленый хвост.

– Пап, а это что? – спросил Антошка.

– Это, сын, флюгер. Когда дует ветер, пропеллер крутится и показывает силу ветра. А если ветер поменяет направление, флюгер тоже разворачивается.

Он всегда смотрит против ветра. Так можно определять, откуда дует ветер.

– Пап, а ты сможешь его установить?

– Конечно, только на балконе он плохо будет работать. Дом же большой, ветер не всегда будет дуть.

– Нет, не на балконе, – мечтательно протянул сын, – в деревне, у нас на даче. Сможешь?

– На даче? Конечно смогу. Вот там, он, пожалуй, правильно будет показывать.

– Давай, купим, а? – Антошка явно загорелся этой идеей, – смотри, какой он красивый.

И полезный. Он нам про ветер все будет рассказывать. Давай?

– Хорошо, давай, – Михаил был несколько растерян и удивлен выбором сына, но спорить не стал.

Он вообще никогда и ни с кем старался не спорить. Ему казалось, что с человеком проще согласиться, если он настаивает. Так и человеку приятно, и себе нервы не тратишь. Правда, жена его частенько укоряла за это. Когда, бывало, сердилась, называла его «бесхребетным», «тюхтей» или даже «тряпкой».

Но чаще добродушно подтрунивала над ним за такой мягкий и податливый характер, называя его то «добрым медвежонком», то «хомой». Хома – это сокращенное от слова «хомячок». Так она любовно называла Михаила с самого дня их знакомства за его полные, округлые щеки. Он вообще был крупным мужчиной. Не жирным, не толстым, а именно крупным. И довольно-таки сильным физически.

Рассчитавшись на кассе за покупку, они отправились встречать маму.