Уголёчки

Красавицы мои, берёзоньки, в любое время года я с вами. Вы и есть моя родина, островки правды, покоя, простоты. Ей казалось, она знает каждую, что у каждой свой характер, своя судьба, своя песня. Песня была, но Фотиния слышала её только в особые дни, когда душа затихала, наполняясь светом.

Сегодня её размышления были об уголёчках. Фотиния напряжённо искала образ будущей книги. Итак, уголёчки. Что-то горячее, раскалённое докрасна, какое-то открытие, пришедшее в душу с верой. То, что в одних руках долго не удержишь, потому что дано для всех.

Шаги-мысли привели её на главную аллею парка, взгляд скользнул по привычному виду, и вдруг она замерла. С обеих сторон на стелах «горели» списки кировчан, героев Великой Отечественной войны. Здесь были имена Героев Советского Союза и полных кавалеров Ордена Славы, всего более двухсот имён героев, её земляков. Она поняла сразу, что все сейчас были с ней, на этой парковой дорожке.

Фотиния смотрела на заиндевелые каменные плиты с выгравированными фамилиями и званиями и понимала, что все эти люди отдали жизни «за други своя», за Родину, что все они святые перед Богом. Тепло шло от их светлой памяти, имён, крепких корней, от великой правды народа, который всё сдюжит в любые времена. Уголёчками памяти стали для Фотинии святые имена героев-земляков.

– Как же нам надо жить, родные, чтобы не подвести вас, чтобы не осквернить ваш бессмертный подвиг?

Вопрос попал в мягкую глубь выходящей из долгой спячки души, он и раньше бывал там, сейчас же вернулся на своё законное место.

Субботний день долгим взглядом наблюдал за одинокой женской фигурой. Она медленно шла по рыхлому снегу, по знакомым тропинкам парка, то разглядывая ветки с комьями снега, то поднимая глаза наверх, туда, где осиротелые с осени кроны ловили уходящую радость белого святочного волшебства.

Сумерки уже показались из-за соседних девятиэтажек и были готовы обнять всё: и парк, и берёзки, и аллею героев, и маленькую женщину, что-то беспокойно ищущую то ли в себе, то ли в этом засыпающем парке.

От чёрной чугунной решётки начиналась дорога домой. Сколько сказано и спето о ней. Знакомыми дорожками бежалось быстро. На ходу думалось легко, учительница искала ответ на вопрос, который уже несколько дней не давал покоя.