Один год жизни

Уже с утра я была уверена в том, что к вечеру, с приближением понедельника, подобные мысли станут посещать меня чаще. Впрочем, я отлично выспалась под звуки капель дождя, ударяющиеся о моё окно, и, потянувшись, вспомнила о том, что еще перед сном решила, что я должна оставаться равнодушной ко всему, что связано с моей работой, если хочу сохранить свою нервную систему.

С утра родители отправились на очередное слушание по делу опеки над двойняшками, дедушка с бабушкой сидели в гостиной у тихо работающего телевизора и смотрели повтор программы ВВС “Гиганты ледникового периода”, Эмилия еще с вечера была у Эммета, а Тэмми, вместе с двойняшками, отправилась на утренник в детский сад.

Ближайшие два часа обещали быть самыми спокойными в этом доме, не считая ночей, когда все его обитатели спали.

Бабушка оставила для меня на столе еще не успевший остыть завтрак, что могло означать только одно – остальные домочадцы ушли недавно. Вся наша семья собиралась минимум один раз вместе – во время ужина.

Мы ели за старым деревянным столом, рассчитанном на десять персон, что было весьма удобно, так как к нам иногда присоединялись Эмметт или тетя Саманта. Стол занимал почти всё пространство между лимитированной кухней и небольшой гостиной, вмещающей в себя стеклянный журнальный столик, подаренный отцу металлургическим заводом в честь его увольнения оттуда, тумбу, стоящий на тумбе телевизор и мягкий уголок десятилетней давности, состоящий из трехместного дивана и двух кресел. Когда вся семья собиралась в гостиной, например чтобы посмотреть очередную новогоднюю речь королевы или серию “Шерлока”, дедушка с бабушкой занимали кресла, родители, по праву старшинства, оккупировали диван, третье же место на диване обычно доставалось тому, кто первый успевал до него добежать. Остальные рассаживались на полу (в подобных семейных посиделках перед телевизором я всегда сидела на полу, так как не желала вступать в споры за место для своего афедрона). Таким образом, между гостиной и кухней образовался маленький коридорчик, по которому невозможно было пройти, когда за столом кто-нибудь сидел. Мне повезло – моё место было с противоположной стороны стола, возле окна, и мне не приходилось всякий раз во время ужина вставать, чтобы пропустить кого-нибудь в туалет. “Прыгучие” места достались Тэмми, сидящей с самого края у гостиной, следующим за ней Эмилии, Элис и маме, расположившейся по правую руку от отца, сидящего во главе стола, спиной к кухне.