Всё укроется снегом белым…

Мы опять опоздали и оказались на ступеньках. Только на третье действие попросили освободить наши места. Софа была вне себя, а я боялась расхохотаться, действие начиналось.

– А вы всерьёз подали заявление, или для талонов в магазин новобрачных?

– Думали, всерьёз, оказалось, для талонов. Мы не можем зарегистрироваться, пока не кончится обмен.

– Это он тебе сказал?

– Да нет же, юрист в обменном бюро. Приезжай, познакомишься, он понравится тебе!

– Не хочу я ехать в такую даль.

И ещё в один дом я привела Витю, к Юрию Борисовичу Лукину.

Секретарь в приёмной комиссии Союза писателей, сухонькая старушка с добрыми глазами, сказала:

– Я дала ваши книги очень порядочным людям!

Он оказался в их числе.

Меня же предупреждали, сделай так, чтобы не попасть на последнее заседание! Попала, конечно, именно на последнее перед каникулами, кворума не было, мне не хватило одного голоса. В этом случае решение принимал секретариат.

И вот, перед самым его заседанием, в «Правде» появилась рецензия на отрывки из моей повести.

Меня приняли, избавили от повторного прохождения через эту мясорубку. Приняли как поэта и прозаика, хотя прозы было всего двадцать страничек!

Я пришла поблагодарить его. Он ушёл на пенсию буквально после моего визита, и мы с его семьёй стали добрыми друзьями на долгие годы.

А в Ростове, когда меня поздравляли с приёмом в Союз писателей и в самом Союзе, и в издательстве, и в журнале, звучал один-единственный вопрос:

– Светлана, дело прошлое, но как появилась рецензия в «Правде»? Ну, не хотите, не говорите.

Сейчас я привела к Юр. Бору, как его называли друзья, своего Витю и сказала, неожиданно для себя:

– Вот человек, за которого я собираюсь замуж. Отца у меня, к несчастью, нет. Посмотрите, если вы скажете, чтобы я не выходила за него, я не выйду.

Через много лет, когда Юр. Бор лежал после тяжелейшего инсульта, Витя ездил к нему через весь город, оставив меня в больнице, поднимал, водил по комнате и по ступенькам. Кроме Вити, его, большого и тяжёлого, поднимать было некому.

Но пока всё светло и празднично, и Юр. Бор, и его молодая жена, моя тёзка, принимают его, как родного! И мы ездим к ним часто, хотя их Тёплый стан ещё окраина, ни метро, ни троллейбусов, автобус приходится ждать по полчаса.

Был ещё один человек, которому следовало знать, что в моей жизни появился Витя. Мы познакомились в Переделкино. Я влюбилась, совершенно неожиданно для себя, как всегда, по самую макушку.