Алгоритм Чагина

Почему я думал, что он посмотрит? Я тоже его дразнил? Сказал что-то обидное?

Я поправляю бейджик на футболке.

– Сделайте милость, не продолжайте доклад, пока они не уйдут, – говорит Чагин докладчику.

Я вздрагиваю, будто меня ударили. Но продолжаю сидеть на своем месте.

Докладчик сконфуженно кивает Чагину.

Непонятно было, кого он с большим удовольствием выгнал бы – бородатых мужиков или Антона. Все выступление Чагин с чувством собственного превосходства задавал ему вопросы типа: «Почему же Вы так думаете? Почему же Вы так решили? Позвольте спросить, что… Смею узнать, как…» – и специально бил в самые слабые места доклада.

Чагин прикладывает мобильный к уху и вызывает на помощь администратора. Бородачи переглядываются. Отпуская шуточки в адрес Чагина, медленно встают и идут к выходу. Улыбаются мне напоследок.

Докладчик провожает их тоскливым взглядом. Наверняка, хочет выйти вместе с ними. Но Чагин тоже вскоре уходит. Задав еще пару вопросов, – каких вопросов? он что-то хотел узнать у докладчика? что-то важное? про нейросети? – он берет портфель и встает со стула.

Бросает вошедшему администратору, что спикеры на этой конференции достойны слушателей.

«Ну нельзя же быть такой скотиной!» – думаю я.

Нельзя же быть такой скотиной и ничем не компенсировать это миру.

0.2. Вынужденное одиночество

0.2.0. Дано

Казалось, что в такой прекрасный солнечный день не может случиться ничего плохого. Но это не так. Все что угодно может случиться когда угодно.

Я достал телефон и прочел СМС.

Два слова, которые не вязались с происходящим. Два слова, выпадающие из картины. Выглядели дико и бессмысленно.

Радостно пригревало солнце, в наушниках играла бодрая музыка. Но два слова – и я прятал глаза от прохожих, находил трещины в асфальте.

Я выключил музыку. Споткнувшись, вошел в автобус. Снова включил. Вытащил из ушей наушники. Уставился в окно.

Утром я завтракал, когда вошла Марина. Еще не прожевав бутерброд с колбасой, я встал и подошел к плите, чтобы поставить чайник.

– Как спалось? – спросил я, как только проглотил еду.

Но Марина не ответила. Села за стол.

По утрам она не любила разговаривать, и обычно я не настаивал. Но в этот раз мне хотелось поболтать. Я был уверен, что кое-что нащупал. И это приводило меня если не к разгадке, то к хорошему настроению.

Я налил заварку в чашку и поставил ее на стол перед Мариной. Улыбаясь, наклонился, чтобы поцеловать жену.

Но она молча меня оттолкнула.