За закатом всегда приходит рассвет

Алина не давала себе ни минуты просиживать без дела, потому что боялась снова поддаться той тоске, которая чуть не свела ее с ума в больнице.

Друзья по команде часто навещали ее, привозили разные материалы для творчества и книги. Несколько раз заходил Пал Ильич и обсуждал с Алиной её дальнейшее будущее в спорте. Он предлагал ей продолжить работать в должности тренера-консультанта для молодых спортсменов, и девушка обещала подумать над этим. Сама она пока не очень хотела возвращаться, но, со временем, возможно, так и будет.

Место, где теперь жили Алина и Тамара Петровна, было очень живописным. Их участок расположился на самой окраине поселка и почти вплотную прилегал к небольшой речке, за которой начинался густой смешанный лес. Маленькая, но полноводная речушка обладала весьма стремительным течением, а около дома Алины делала небольшой поворот, образуя тихую заводь. Берег вдоль реки сплошь зарос тростником, стрелолистом и сусаком, распустившим к середине лета бело-розовые зонтики цветков. В тихой заводи поселились дикие утки, и Алина часто подолгу наблюдала за их жизнью, делая зарисовки в альбоме.

Утки совсем её не боялись, иногда подходили совсем близко, и девушка любовалась переливами света на их перьях. На деревьях, росших около воды, щебетали птицы, а лесные пернатые вторили им в ответ.

Сидя у реки, девушка полной грудью вдыхала свежий терпкий аромат леса, смешанный с запахами реки и водных растений. Она заново открывала для себя жизнь теперь уже в иных её проявлениях. В том, чего раньше, в суете и гонке за победой, просто не замечала.

Эта жизнь не была такой стремительной, но она была полной. И, несмотря на глубоко занозившую душу тоску, Алина радовалась каждому прожитому дню, каждой маленькой творческой победе, каждому вдоху, напоенному природным благоуханием.

В этот день девушка приехала к реке пораньше. Она хотела зарисовать яркие краски восходящего солнца, которое заливало все вокруг неистовым розово-лиловым сиянием. Поднимавшееся светило заставляло лес менять свои оттенки от темно-зеленых, почти черно-оливковых, до цвета зеленого мха и изумруда.

Алина погрузилась в созерцание и рисование, как вдруг за ее спиной раздались осторожные шаги. Она стремительно обернулась, выронив альбом и мелки.

– Прости, я тебя напугал, – это был Дамир. Он тихонько пробирался через густые прибрежные кусты. – Я, правда, не хотел. Обычно ты приходишь позже.

Алина, прижав руки к груди, старалась успокоить бешенное биение сердца.