Преломление. Путь к женской мечте

Сергей уже отчаянно шатался, он дошёл до «той самой» стадии.

Зрелище пролитой на скатерть водки словно переключило во мне тумблер. Я на секунду замерла, не в силах пошевелиться, но тут же внутренне вздрогнула.

«Неужели всё зря? – подумала я, ещё пытаясь робкими пальцами ухватиться за прожитые годы. – Столько усилий впустую? Столько истерик, столько жертв? Столько потраченного времени?»

Но безжалостно и грубо прервала себя.

«Да, – сказала я мысленно, – пора ставить точку. Хватит».

Я «ожила» и вернулась к происходящему.

В голову мне ворвался окружающий шум и гам; мы отмечали с друзьями очередной праздник. Отсюда и стол. Отсюда и стопки. Пожалуй, всем остальным было даже весело. Кроме нас двоих. Меня и моего мужа.

Сергей стоит, шатаясь, почти напротив меня, но я не испытываю к нему никаких родственных чувств. Он пытается поставить бутылку на стол, но она скользит вбок, падает, проливается водопадиком. Кто-то из девчонок испуганно вскрикивает, но мне уже наплевать.

Получается какая-то немая сцена, ребята галдят, обступая стол и «спасая» салаты, я понимаю, что надо бежать за тряпкой, но не могу сдвинуться с места.

Муж пьяно ухмыляется, подступает ко мне, пытается обнять.

– Валюшка-а-а-а, – его губы масляно и криво шевелятся, – я ж… люблю-ю-ю… те-бя…

«А я тебя – ненавижу», – хочется ответить мне, но я понимаю, что это бесполезно. Он уже дошёл до той стадии, когда от человека остаётся только тень. Я никогда не выступала против застолий, но так, как он, пить нельзя! Деградация длится уже долго, не первый год, и не видно никакого просвета.

Ещё мне хочется сказать мужу, что я перестала нуждаться в его «любви». Она не откликается во мне. Ни в едином месте. Не трогает ни одной струны моей души.

Да, мы вместе уже девять лет. Да, я до сих пор ещё помню себя юную, но уже замужнюю, с коляской и с дежурной улыбкой на устах.

«Ты смог дать мне это мнимое благополучие „обычной“ жизни, – продолжаю я свой внутренний монолог, – такой как „у всех“. И мне казалось тогда это важным и нужным.

А потом начал пить. Сколько раз я поднимала эту тему, сколько раз отговаривала тебя, отвлекала, увещевала. Зря. Бесполезно. Дозы только увеличивались. Ты начал пить так, что не помнил наутро происходящее. Мне становилось всё страшнее и страшнее. Каждая выпитая тобой стопка заливала и моё сердце».

«Ещё чуть-чуть – и в твоей голове оторвётся тромб, – говорила я в прошлом, глядя на Сергея тогда ещё с жалостью. – Если даже ты выживешь, то станешь инвалидом.