Автор пожелал остаться. Неоконченное продолжение

И мне, если честно,

доход от искусства – до фени,

Но зимней, осенней, весенней и летней порой

Я книги стараюсь вручать в кулуарах кофейни,

Напёрсток espresso[1 - малюсенькая чашечка кофейного напитка по цене, значительно ниже себестоимости одного экземпляра книги] в обмен получая порой.

«Я точно прожил половину срока…»

Я точно прожил половину срока

И преуспел в работе и семье,

Но неотступно мысли о высоком

Болезненно пульсируют во мне.

Любим, хотя и не хватаю звёзды,

Но сам себя признанием извёл:

Того, что должен был создать – не создал,

Не сделал, не изрёк, не произвёл.

Куда мне до великого! И всё же

Остаться в этой росписи святой,

Хоть не готов, но должен, должен, должен —

Отточием, дефисом, запятой!

Короче срок, потрёпаннее стяги,

Окончена, не начавшись, война.

И все страшнее белизна бумаги

И не нажатых клавиш тишина.

О вере

Даже если ты не верил,

Или верил, но ослеп,

Всё равно ушедшим в двери

Ты отправишься вослед.

И какие б злые речи

Ты не вёл здесь о святом,

Всё равно ты будешь встречен

И отправлен в отчий дом.

Пусть дурман тебе противен,

Хоть с каким живи лицом,

Но в конечной перспективе

Ты встречаешься с Отцом.

И тогда, себя ругая,

Вскрикнешь, словно на кресте:

Если будет жизнь другая,

Пусть пройдёт не в темноте!

Наташе

Не хватит чисел абсолюту,

Не хватит дней календарю,

Не хватит искорок салюту

И жёлтых листьев сентябрю,

Не хватит всех советских фильмов,

Не хватит букв от А до Ю,

Сказать тебе насколько сильно

И безвозвратно я люблю.

И я молчу. В молчанье – правда,

А все слова – про прочих жён.

Откуда мне пришла награда?

За что тобою награждён?

Какое праведное дело

Соткало вдруг в моей глуши

И каждый сантиметр тела,

И каждый миг твой души?

Не знаю, что на небе сталось,

Кто в ночь не потушил огня, —

Но ты пришла.

И по-другому нет меня.

И я клянусь в любви как в первый

Далёкий раз далёких дней

Самоотверженной и верной

Прекрасной женщине моей.