Внезапно смертен

Не хотелось возвращаться из этого мира мечты, к реальной жизни, где я рос деревом вверх корнем, где я стал частью идиотской философии. Грела мысль о том, что после смерти тело мое превратиться в личинки, а затем в мух, которые разнесут мои мысли и суждения по всему свету, которые я не мог высказать окружающим.

***

Парадоксально, что мне нравится романтика забитого пригородного автобуса, который в сумерках тащит работяг домой к скудному ужину, но, когда я там оказываюсь меня переполняет ненависть ко всем, кто там находится.

К каждому спермотокзикозному подростку, к каждой некрасивой, эгоистичной бабке, к каждой накрашенной курице в короткой юбке и с ногтями на кривых пальцах. Тебе может показаться, что я слишком грубый, жестокий, но представь, что ты ездишь с этими персонажами 6 лет в набитой маршрутке, как килька в банке с томатным соусом. С моими бывшими друзьями мы называли данное представление «коробка с людьми», имён этих знакомых уже не вспомню, мне уже наплевать на них.

Стоит подвести черту под этим хейтом к сельским жителям, я снова совершил ошибку, поехав на этом автобусе в соседний городок к папе, отоспаться, вспомнить, что такое уют и вкусная еда.

Два часа мук в забитом ПАЗике сопровождались убойным запахом пота и чебуреков. Всегда, когда я наблюдаю за тем, кто ест в автобусе у меня возникают вопросы, какого черта он здесь жрет? Почему ты мразь такая, не можешь потерпеть до дома? Зачем распространять запах, этот ужасный запах вокзальной выпечки?

Никогда не получалось приехать в хорошем настроении из-за прекрасного путешествия.

Но все же я здесь, в городке, в котором, если поссать на стену, можно подхватить гепатит С, там, где закат прячется за дымом от завода, там, где все осталось как было.

Быть честным, я приехал сюда, чтобы социализироваться, вспомнить, что такое быть в компании. А то жить одному по соседству с другом алкашом, такое себе развлечение. Тут можно попробовать созвониться со школьными друзьями, позвать их пить суррогат в лес, как в бородатое время.

Большую часть из них увела судьба в другие города, некоторых в могилу.

В дом к отцу я успел на ужин, никого не предупредив о своем приезде. За столом ко всему прочему была сестра матери, лицемерная до мозга костей женщина. Когда я был мелкий, она обвиняла меня в том, что я именно тот человек, из-за которого ее несчастного сыночка обижают и презирают в школе и на улице. Правда, я это узнавал не от нее.