Под мягким светом лампы

Все улыбались, были рады видеть друг друга и так же рады прощанию, потому что каждый устал по-своему. Андре открыл для Агриппины заднюю дверку, куда она охотно забралась как в нору. В машине было нагрето, и мягкий свет заливал приборную панель. Помахав рукой остающимся, Андре в мгновенье ока очутился на своем водительском месте и поправил кепи на голове.

– Прикажете домой или дальше веселиться? – глядя в зеркало заднего вида спросил Андре.

Еще не совсем привыкшая к такого рода шуткам от Андре, Агриппина вновь поморщилась, что не ускользнуло от него.

– Простите, я сказал бестактность, – смущаясь и опуская глаза, произнес он и почти сразу улыбнулся.

Агриппину иногда это настолько удивляло, вплоть до легкого возмущения, может ли этот человек хоть когда-нибудь испытывать злость, раздражение и обиду?

Они мягко тронулись, завернули в ближайший проулок и, развернувшись, поехали в направлении дома. Агриппина почувствовала усталость в теле и уме, она хотела поскорее оказаться в душе и запрыгнуть в постель.

Но поездка тоже ей доставляла удовольствие, это походило на дальние путешествия автобусом, которые она предпринимала раз в полгода. Когда за окном машины ты видишь спящие подсвеченные магазины и рассеянный свет на мощеных тротуарах, ощущаешь себя сказочным героем в волшебной стране.

Агриппина попросила Андре не спешить, иногда быстрый ход автомобиля вызывал у нее чувство опасности, а это сейчас конфликтовало с ее благодушным настроем. Тихо играло радио, пел женский хрипловатый голос и про себя Агриппа подпевала эту старую джазовую песню.

Когда машина мягко остановилась, она искренне поблагодарила Андре за его пунктуальность и добрый нрав. Через десять минут она уже крепко спала в освещенной ночником спальне.

V. Утро

Агриппа подняла голову и встретилась лицом к лицу с утром, заглядывающим ей в окно. Она поставила кровать именно так, чтобы засыпая смотреть осенью на облетающую листву, а зимой – на снежинки, кружащие в свете фонарей. Ей это очень нравилось, а ночь в свою очередь могла наблюдать, как она спит.

Агриппа любила вставать рано, не позже шести, это дарило ощущение, что она опережает мир. Наивно, но очень действенно. Если она планировала активную зарядку или бег, то просыпалась на час раньше летом. В это время уже светло и на улице под зарождающийся новый день бегать было легко и приятно.

Она не относилась к разряду тех людей, которые, только открыв глаза, могут сразу вставать на ноги и делать дела.