Счастливое завтра

Он провел рукой по лбу, ощутив две больших шишки, которые ужасно зудели, но чесать их было невыносимой болью. Лишь слегка проведя по ним рукой, Роберт ощутил боль, такую сильную, что его правая рука с силой вцепилась в руль, а глаза инстинктивно зажмурились. Все тело пробил пот.

«Эта дрянь рвет меня изнутри!»

На часах было 00:47. Пикап медленно остановился у поселения «грачей». Роберт вышел из машины и медленно побрел к открытым настежь ржавым и кривым воротам. Он еще никогда не видел своими глазами поселения беженцев, лишь мельком в новостных репортажах.

По телевизору это были большие поселения. Пять огромных улиц, более трехсот домов, которые представляли собой хорошо обустроенные жилища, со всеми коммуникациями для жизни. Улицы были асфальтированы и освещены. Рядом с каждым домом стоят мусорные баки, которые дважды в неделю забирают специальные машины.

«Прекрасные условия для жизни!» – улыбаясь, говорил корреспондент с экрана телевизора.

В действительности все обстояло куда проще. Две небольших улицы и, от силы, сотня домов. Никакого освещения, кроме металлических баков, в которых, воняя на всю округу, догорал мусор. Вместо асфальта просто гравий. Роберт вспомнил, как Джейн Саммерс читала список беженцев, живущих рядом с их городом.

«Три сотни человек находится у нас на попечительстве…» – звучал в голове ее мерзкий писклявый голос.

«Три сотни?! Да тут домов только на человек сто.

Роберт подошел к главным воротам, над которыми висел большой плакат с бывшим президентом Рупертом Гринном, который, широко улыбаясь, держал на руках маленького мальчика. В руках у беженца была пластмассовая машина, на двери которой был нарисован флаг США. Лозунг над плакатом гласил:

«Вместе к светлому будущему!»

Роберт посмотрел направо, где в миле от этого «городка» красовалась огромная свалка.

«Вот и сборы мусора, трижды на неделю. Отличные условия для существования.

– Тебе чего нужно, друг? – донесся голос со стороны будки для охранника, которая стояла рядом с воротами.

– Хотел кое-что купить. Но, видимо, продавцов тут уже не осталось?

Из будки вышел парень, на вид ему было лет восемнадцать. Он был одет в черные кеды, рваные на коленях джинсах, черную толстовку и красную бейсболку. В темноте Роберт не мог рассмотреть его лица.