О физике, жизни, и т. д. Сборник миниатюр

О физике, жизни, и т. д. Сборник миниатюр

Олег Васанта

Сборник не слишком-то серьезных, порой даже чудаковатых миниатюр, написанных автором во время его проживания в Н-ском Академгородке и работы в качестве научного сотрудника.

О физике, жизни, и т. д.

Сборник миниатюр

Олег Васанта

© Олег Васанта, 2020

ISBN 978-5-0051-7190-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Заметки об одной курице

Жили-были старик со старухой. По фамилии Кюри. И была у них рябая курица.

Старая и жилистая, которая уже практически не несла яиц, но съесть ее у стариков все как-то… рука не поднималась. Все-таки столько лет под одной крышей прожили.

Но однажды, после обычных вечерних экспериментов с радием, старик со старухой вдруг заметили, что курица (Полонией ее звали, кстати), которая обычно мешалась под ногами, куда-то запропастилась. Час искали, другой искали и нашли, наконец. Оказалось, что та забралась в шляпу старика, что пылилась на полке и… Снесла там яичко.

Да непростое, а, как потом выяснилось, двухжелтковое. Так с тех пор у них и повелось.

В общем, жили старик со старухой долго (вопреки официальной биографии) и счастливо, и оставались до самого конца жилистыми и энергичными (а все благодаря хорошо сбалансированному питанию!). И умерли, как мм… и положено, в один день. Все трое.

А из курицы сделали чучело и поставили на полку в одном польском музее, вы, наверное, догадываетесь в каком. Хорошее, говорят, получилось чучело.

Смотрители музея заверяют, что если как следует присмотреться, можно заметить, что курица вам словно чуть подмигивает, как бы говоря: «Все будет хорошо, уверяю вас».

2012

Мой личный супергерой

Конечно же, все было совсем-совсем не так, но тем не менее…

Швеция. Стокгольм. Перед нами полный зал высокопоставленных гостей явившихся сюда из самых разных стран, в частности, здесь присутствуют почти все светила мировой науки (не хватает только самого Э., он в это время находится где-то в Африке, проверяет одну свою теорию).

Входит тот из-за кого, по большому счету, и собрались все присутствующие. У него самая обыкновенная, почти ничем не примечательная внешность, но шум в зале тут же стихает, как по мановению волшебной палочки. Лишь слышно, как кто-то нервно сморкается (кажется, это сам король) и как негромко поскрипывает паркет под ногами вошедшего. Вот он, чуть ссутулившись, поднимается по ступенькам на сцену.