Хирург. Последняя надежда

У них одинаковые права. Он был жив и имел право на уход – он не должен был умереть без надежды. Ты понял?

– Да, – твёрдо произнес Рашид, убеждаясь, что у старика есть свои принципы.

– Теперь, надеюсь, дадут мне отдохнуть, – пророкотал Петро. – Пошли.

Рашид заметил, как Петро из операционной захватил с собой один шприц и три тюбика новокаина. Затем они прошли в маленькую комнату отдыха без окон.

– Рашид, поможешь? – Петро попросил сделать укол и подставил руку.

Рашид испугался:

– Зачем вы это делаете, дядя Саша? – недоумённо спросил Рашид.

 – Это большая доза.

Петро стал снимать сапоги.

– Видишь, какие стали ноги отёкшие, а глаза покрасневшие? – пролепетал он. – Я очень устал. Нет сил. Мне надо поспать. Без этого я не смогу уснуть,

– Нет, я не могу этого сделать, дядя Саша, – ответил Рашид. – А если не проснётесь? Я буду отвечать за вас?

– Называй меня Петро, как и все.

– Почему Петро? – с изумлением спросил Рашид.

– Я сирота, – со вздохом проговорил Петро.

 – Я не смог узнать, кто мой отец, кто моя мать. Поэтому у меня нет отчества. Я привык к этому имени, которое мне дал Бурденко.

– А Бурденко какое имеет отношение к вам?

– Он мой друг и однокурсник. – Он полез в шкаф и достал толстую книжку без переплёта: «Указания по военно-полевой хирургии». Вслед за книгой из шкафа вывалился свёрток с продовольственным пайком. – Видишь, есть что поесть, а кушать не хочется. Забери паёк домой. Эту книгу тоже. Автор – Бурденко.

Он сейчас главный хирург страны. Хорошо всё изложено. Почитай обязательно. Завтра спрошу. Ещё я тебя познакомлю с этой девушкой, если хочешь. У неё есть история любви и трагедия. Поэтому она всегда грустная. – Он вытянул ноги на кушетке в маленькой комнатушке под лестницами. – Ладно, я сам сделаю укол – не впервые. До завтра, Рашид.

– Дядя Саша, вы можете объяснить то, что случилось на операции?

Он поднял голову и тупо посмотрел на Рашида:

– Я оперировал.

– Нет, я имею в виду песню.

Он откинул голову и долго молчал.

– Я по швам на животе и под мышкой узнал солдата, которого оперировал в Маньчжурии. А песня эта – марш «На сопках Маньчжурии». Эх… – Он вздохнул. – Мукден. Тогда, в 1905 году, четыре тысячи солдат с ружьями без патронов и орудиями без снарядов отстояли позиции против японцев. После рукопашного боя в живых осталось четыреста. Он – один из них.

Рашид молчал и ждал продолжения.