Диагноз: одиночество

– А что я ещё могу думать?

– Вы, Алиса, можете думать, что Юрий отделался от вас дешёвым подарком.

– Ну уж нет, я хорошо изучила Юрку! Ему на деньги вообще всегда плевать было. Он бы никогда не купил вещь только ради того, что она дешёвая. Кулон ему просто понравился, он, и правда, был по цвету, как мои глаза, и очень мне шёл. Рушель, да вы представляете себе, что Юрка даже внимания не обратил, насколько его кулончик дешевле путёвок в Норвегию! – ага, а Алиса, похоже, до сих пор забыть не может о разнице в цене.

 – Это же насколько надо быть не от мира сего! Его женщина дарит ему дорогущий подарок, а он ведёт себя так, как будто ничего не случилось!

– А как он должен был себя вести, Алиса?

– Ну как… Если один человек чем-то обязан другому, он должен больше его любить, как я понимаю. А я для Юрки ничего не жалела! – по словам Алисы её последний партнёр, Владимир, тоже был ей обязан очень многим, вплоть до еды, которую она сама и покупала, и готовила. Есть такое понятие в психологии – виктимность.

– И вам было не жалко его потерять?

– Жалко ещё как! Но я это скрыла от Юрки, чтобы он меня не жалел, утешала его!

– Каким же образом вы его утешали?

– Что кулон был дешёвый, что я совсем не расстроилась…

– Вы же сами только что сказали мне, что Юре на деньги было плевать, а потом утешали его тем, что потеряли недорогую вещь! Где логика, Алиса?

– Ну… я как-то не подумала… все нормальные люди расстраиваются, если теряют дорогие украшения, – так, кроме «настоящего мужчины», в Алисином представлении о мире есть ещё и «нормальные люди».

– Вот видите, что получается, Алиса! Вы знаете Юру, знаете, что для него деньги имеют второстепенное значение, однако для того, чтобы утешить его, используете «денежный» довод, больше подходящий не для Юры, а для каких-то абстрактных «всех нормальных людей». А где собственно Юра? Человек, которого вы, как утверждается, любили?

– Получается…

– Что получается, Алиса? Я вас внимательно слушаю.

– Получается, что… что я… что я не о Юрке в тот момент думала, а…

– Так, смелее, Алиса!

– А о себе?

– Вынужден признаться, вы правы: стараясь утешить друга, вы думали не о нём, а о себе.

Вы даже успокаиваете его великолепным доводом, что вы не расстроились! Как вы думаете, Алиса, а если бы Юра потерял какой-нибудь ваш подарок и не расстроился, вам бы было приятно?

– Нет, конечно. Как это может быть приятно!

– А вы почему-то решили, что Юре ваше безразличие к его подарку понравится.