Малахитовая вселенная. Сборник участников Международного фестиваля литературной фантастики «Аэлита» и Международного конкурса «Новый сказ» им. П. П. Бажова

Змеи, извиваясь телами, злясь, шипя, в такт музыке участили раскачку извивающихся тел и красивых головок.

Змеи широко раскрывали зубастые пасти. С их агрессивно целящихся на него клыков на пол стекали капли яда, которые шипели, воспламенялись. Горбун, делающий невероятные круги в ритуальном танце, резко остановился. Замер перед клыкастыми головами змей, застывшими маятниками у его лица. Губы его покрывались белой пеной, глаза невероятно широко раскрывались, мерцая желто-зеленым пламенем. Его язык, раздваиваясь, чернея, высовывался между толстенных губ, издавая невероятное шипение.

Разум Шахри-Зады выходил из-под ее подчинения. Он становился таким, словно модифицируется, расплывается. Она превращалась в некое среднее существо, находящееся в своем развитии между человеком и чешуйчатым существом.

Змеи, агрессивно шипя, тыча раздвоенными языками, на мгновение застыли перед лицом Горбуна, приближаясь головами, слизывая с его губ влагу, слились с ним в длинном страстном поцелуе.

Спустя несколько мгновений, которые показались Шахри-Заде вечностью, Горбун стал издавать шипение другого тембра. Змеи разомкнули свои рты, слившиеся в поцелуе с губами Горбуна. Перед ним гибко зависли, завороженно глядя ему в глаза, целясь в них плевками яда. Но повисли головы, извиваясь кольцами, опускаясь на пол. На полу растянулись во всю длину своих тел, уползая туда, откуда выползли.

Шахри-Зада все это время, собрав в кулак волю, пыталась не попасть под влияние коллективного гипноза змей, заговора колдуна.

Но магическая сила влияния колдуна, храмовых змей, вдохновившая, возбудившая ее, была сильнее ее воли. Ей показалось, что вместе со змеями, оборачиваясь змеей, куда-то уполз и Горбун. Но неожиданно на том месте, ей показалось, сияя, во всей своей красе стал молодой жрец из храма Ашшур. Горбун, поменявший облик, зачаровывая Шахри-Заду, источая телом ароматы рая, тянулся к ней.

Он протянул свои клешни к ней в страстном порыве, губы собрал бутоном ароматной розы. Глаза, горящие зеленым огнем, превратились в изумруды. Шахри-Зада застыла перед ним, не моргая, не смея двинуть ни рукой, ни ногой. Мозг еще кое-что воспринимал.

Вдруг голова освободилась от груза. С глаз упала пелена. Она, брезгливо пряча губы, превратилась в один отчаянный крик. Но под действием магической силы Горбуна она размякла, раскрывая объятия.