Иконописец. Премия им. Ф. М. Достоевского

– Ну что, приятель, хана чистописанию? – съязвил он, глядя в глаза «собеседнику».

– Отчего же хана? – …ответил тот. – Хана, батенька – это только начало. Прими житейский раздрай как второй в твоей жизни период размытых смыслов. Так сказать, насильственный обморок ума перед будущим марш-броском.

Альтер эго поёжилось, повело плечами и смолкло. Но вот оно встрепенулось и заговорило, торопясь и сглатывая слова:

– Первый-то, видать, ничему тебя не научил, а жаль! Придётся повторить: идти от противного всегда неприятно, но тут уж ничего не поделаешь.

Для избавления от дурака все средства хороши, и лучшее из них – полное заблуждение!

Эго ехидно улыбнулось, но, припомнив систему Станиславского, изобразило плаксивое выражение лица в точности, как у «первообраза».

– Скажи, что мне делать? – Венедикт стал выжидательно перебирать струны. – Может, сойти с ума и посвятить остаток лет натуральной биологии?

– Остаток лет, говоришь? Э, нет, батенька! Нам велено трудиться! – рассмеялось Альтер эго.

 – Карма у нас такая. Иначе говоря, Господняя обязанность перед человечеством, понимаешь?

– А может, это всё фантазии, и нет ничего такого! А наши сакральные мысли – обыкновенное житейское баловство, проверенный способ поддержать в груди «священный» огонь гордыни…

На этот раз Альтер эго не спешило с ответом и замерло в задумчивости. Игривая улыбка спорхнула с его лица и растаяла в зазеркалье.

– В отличие от тебя, – наконец заговорило умное отражение, – я верю в Бога и в устройство бытия по вертикальному принципу.

Ничто не происходит просто так. Всё вытекает из предыдущего и является основой для последующего.

– Из твоих слов выходит, что Дарвин прав? И библейское сотворение человека – красивая сказка для малограмотных? – перебил Венедикт.

– Хорош иконописец!.. – улыбнулось эго. – Быть может, Дарвин и прав. Но его правота никак не объясняет появления разумного начала. Разумное начало в человеке не конструируется из биологических процедур. И об этом тебе хорошо известно.

– Это ещё почему? – Венедикту вдруг захотелось подцепить Альтер эго.

Он отложил гитару и пересел поближе к зеркалу на табурет.

– Основной закон философии учит нас не удивляться непредсказуемым событиям. Гусеница сворачивается кокон, из которого через некоторое время вылетает… бабочка! Это невероятно. Быть может, и с интеллектом происходит то же самое? Он рождается чудесным образом из накопившегося количества некоего бессознательного вещества.