Прощание с империей

Как времена года…

– Неужели, всё? Почему ты улыбаешься?

– Потому что мы сейчас думаем об одном и том же. Это точно, не про нас. Мы с тобой – всегда совсем другие. Скажи, Царское Село для тебя, это что?

– У нас с ним многое связано. Каждый раз вспоминаешь что-нибудь хорошее. Потом здесь можно отключаться и ни о чём не думать.

– Разве этого мало? Получается, что у нас с тобой в Царскосельском парке есть своя собственная история, которую мы каждый раз вспоминаем и придумываем новую.

– Хочется не повторяться.

Если сильно захотеть, то всегда можно увидеть необычное. Давай закроем глаза и представим себе что-нибудь, а теперь откроем. Что ты заметил в конце аллеи?

– Ничего…

– А я видела.

– Что ты видела?

– Не скажу. Ты опять будешь смеяться.

– Хорошо, можешь сейчас ничего не говорить. Всё равно когда-нибудь не удержишься и сама расскажешь. Я же так не умею.

– Ладно, скажу. Это был один молодой человек в мундире лицеиста…

– И в руках он, конечно, держал ветку сирени.

Мы оба смеёмся…

– Мне здесь сегодня что-то напомнило Тригорское.

– Что-то? Наверное, эти белые скамейки…

– Куда пойдём сегодня? Арсенал?

– Нет…

– Тогда Шапель, к нашему старому дубу?

– Пожалуй, да. Только нашего дуба больше нет. Ещё летом его сломала буря. Говорят, что в Палестине недавно упал такой древний дуб, и люди посчитали это началом конца света.

– Наш дуб тоже очень жалко. Словно теряешь близкого тебе человека.

Потом с нами что-то происходит, и мы долго идём молча.

Пауза становится мучительным испытанием. Так мы медленно обходим весь парк…

Незаметно для себя, оказываемся возле круглой беседки у павильона Концертного зала. Это самая любопытная постройка Джакомо Кваренги, которая создавалась «руиной», с трещинами и битой обнажённой кладкой. Сюда добавили привезённые из Италии мраморные элементы исторического декора. Здесь это буднично называлось «Кухней», хотя по виду больше напоминало италийский погребальный склеп.

Причудливая забава стареющей русской императрицы. Мы берёмся за руки и обходим его вокруг. Почти сразу сталкиваемся с обезглавленной фигурой римского консула. Это не акт вандализма по отношению к высшему государственному лицу. Консулы в Риме избирались сроком всего на один год, и здесь ему просто меняли голову. Такой непривычный для нас пример вдумчивого европейского прагматизма. В Царскосельском парке консула можно было оставить без головы.