Разноголосица. Неровные стихи

Мне снилось: повалил меня на плед,

Луну пропел, зацеловал родной.

(Ты морок! Мой ночной кошмар и бред.)

Ни Бога нет, нет ни огня ни бед,

Умолкли агнцы вслед за сатаной:

Глаза закрою – меркнет белый свет.

Поверила, ждала – увял букет.

Я выросла. Ты шел бы стороной.

(Ты морок! Мой ночной кошмар и бред.)

А мог быть буревестник мной пригрет,

Ревел бы в ливне, возвратясь весной,

Глаза закрою – меркнет белый свет

(Ты морок! Мой ночной кошмар и бред)

«Или я не дружил с нищетой?.

Или я не дружил с нищетой?

Я давно ее прихоти знаю,

и колючий сухарь за щекой,

и пробежку за тесным трамваем.

Зря, малыш. Зря ты клянчишь тепла.

Ты силач, ты ловкач, ты не трус.

Привыкай! Выжигает дотла.

Не испытывай жизнь на прикус.

Столпник

Солнце там палит,

сухо, пыльно, безлюдно.

Удалился он на столп

и отстоял до дыр

мощи свои напрочь.

Такое место выбрал

сын человеческий

говорить с сыном божьим,

вопрошать годами:

– Какого тебе рожна?

Мой багаж

– Будь человеком и слушай музыку сфер,

– это весь мой багаж, я сел налегке в такси.

С тех пор я летаю по городам и делам.

И вот узнаю, что невозможно вернуться.

Напутствие стало последним наследством.

Быть человеком? Что-то испорчено во мне?

Холодной такой не бывает музыка сфер.

Он согревался ею и ждал меня научить

воспарять из шума моторов и голосов.

Иерусалим

Как буланый верблюд о двух холмах,

Иерусалим попирает прах.

Что ему твоя совесть, твой гнев и страх?

Что ему аромат пирогов,

Да итоги валютных торгов?

Он и сам не промах, и сам таков.

Он колоду держит в своей горсти.

Приходи и ты на миньян к шести.

«Я не русский, я просто татарин…»

Я не русский, я просто татарин,

И на Чуйском ворсистом тракту

Этой ночью пуховой затарен,

Сплю под Спасом в душистом скиту.

Обменяю товар на варенье,

Трели, косточку, гулкий глоток.

Налитые дорогой колени

Отогреет узорный платок.

И пока этой ночью торгую,

Как футляром, где прячут Талмуд,

Комариные самки, тоскуя,

Иудейскую кровь соберут.

Сны Иуды Галеви

1. Сон

Подстригаю ногти,

мне же идти в дом Его,

мне же наверху, у ворот

петь с левитами на ступенях,

мне же обонять воскурения

и гарь над жертвенником.

Ногти будут ровные и чистые,

голос мой легок и звонок,

талит безупречен.