Ива-иволга

– Правда?

– Да. У нас нет баранов.

– Каких баранов?

– Ну, мы когда тебя ждали после экзамена, Саня сказал: националы всё равно вперёд пролезут. Чтобы пристроить одного барана, нужно отдать десять.

– Точно. И куда собралась?

– Не знаю пока. Вас всё равно не будет, что я тут одна?

– Я приеду к тебе после армии.

– Серьёзно? – Ленка зарделась кумачом.

– Конечно. Баранов у нас тоже нет.

Они засмеялись и долго стояли возле её подъезда. Домой идти не хотелось, тепло и ясно, на небе ни облачка.

Давнишние приятели-звёзды образцово светили в вышине, вдруг одна оторвалась и стремительно полетела вниз алмазным росчерком.

– Смотри, смотри, падает, – Ленка пальцем потыкала в ночь. – Загадывай, быстрее.

– Ле-ена, – как всегда, отцовский голос не вовремя. – Кельмонда!

Несколько секунд и угасла, сгорела звёздочка.

– Сейчас, – крикнула в ответ и Серому: – Успел?

– Да, а ты?

– Не-а.

– Нечестно. Подождём, может ещё одна отвалится.

– Пойду, вставать рано.

– Пока.

– Пока, – попрощалась и пошла в подъезд, спиной чувствуя серый взгляд. Улыбалась, но оборачиваться не стала.

Последний школьный Новый год запомнился смутно и впечатление оставил угнетающее. Отмечали у Сани, его предки оказались самыми понятливыми. Они уехали к друзьям в город, дом оставили в полное распоряжение, в нагрузку к нему младших детей. Пятнадцать и тринадцать лет возраст солидный, можно и во взрослую компанию. После них по годам только Ленка, остальные одноклассники пацанов и дворовые друзья, всего человек двадцать.

Сама себе она казалась мелочью, но хорохорилась – ей-то чего суетиться? Они-то как раз все пришлые, а она почти дома, у родителей отпросилась на всю ночь.

С девчонками как смогли шавли[20 - Шавля – неудачный плов.] наварили, тазиками винегреты-оливье настрогали, праздничной дефицитной колбасы «Сервелат» нарезали. Сыра в Ташкенте сроду не было, огурцы, помидоры маринованные из погреба да самодельное «лечо». Несколько тортов «Сказка», до которых так и не добрались.

Запаслись местными напитками «Ок-Муссалас», «Баян-Ширей» и компотами в трёхлитровых банках родительского приготовления. Второй год как страна ускорялась и перестраивалась, нещадно боролась с алкоголизмом не через экономику, а безжалостно вырубая виноградники. Сухой закон работал вовсю, но, зная ходы-выходы, в Узбекистане ещё можно было достать всё. Из-под полы Санина мать помогла раздобыть вина производства Ташкентского винзавода.