Хроники Транквила: Порабощение

Быть может, Прискас знает, что с ним можно сделать.

– Я понимаю вашу тягу к изучению неизведанного и всегда её поддерживаю, господин. Но не в этот раз, – Овидий попятился, отводя взгляд и собираясь с силами произнести последующие слова, – то, что находится там… может быть самым первородным злом… начать изучать его равносильно самоубийству… никто не знает, к чему может привести его извлечение из колбы.

– Никто, кроме Прискаса, не так ли?

– Возможно, но это слишком большой риск. Две сотни вряд ли захотели бы, чтобы ваша светлость открывали то, что они запечатали навеки.

Галактион вновь посмотрел на колбу, окинул взором марганцевую комнату, почему-то представил, как из этой жидкости путём магических манипуляций вылезает древний монстр и разрушает город. Его впечатлила собственная постановка, и он заволновался ещё сильнее.

– Что ж, вы, вероятнее всего, правы. В этом деле нельзя торопиться, и мы, безусловно, будем крайне последовательны и благоразумны. Мы ничего не начнём, пока не получим достоверных сведений о том, с чем имеем дело.

– Конечно, господин. Я благодарен вам за то, что вы прислушиваетесь к голосу разума, как и ваш отец. Как только нам станет что-то известно, мы сразу сообщим в замок. Незамедлительно.

– Отлично, договорились. Но стекляшка, всё же, ради блага прихожан, останется в сохранности в моих катакомбах.

– Как вам станет угодно.

* * *

С того ночного разговора прошло немногим больше одного года.

Галактион сдержал своё слово и спрятал колбу там, где о ней мог знать только он, не отдав жидкость на изучение в Отдел исследований.

Всё шло своим чередом. Царство укреплялось, красавец-сын подрастал, а царь всё так же не щадил себя изнурительной работой.

Ранним утром к картрадскому царю Галактиону Второму пришла долгожданная весть из Храма от Овидия: нужные знания найдены. Он с жадностью прильнул глазами к бумаге, но с каждой прочитанной строчкой лицо его приобретало всё более мрачный тон:

«Мой дорогой господин, несу вам срочную новость, которую мы оба так долго ждали.

Наконец, в одной из деревень, в старой отшельничьей семье священника был найден ранее утерянный фолиант. Но с этого наши проблемы только начались: изучив тексты Первых людей, мы пришли к выводу, что Нечто, к нашему великому горю, имеет непосредственное отношение к Тёмным богам и является их чадом, выполняющим на корабле функцию контролёра.