30 лет цинизма. Сбоник стихов

На дым своей теории, теории простой,

В которой жизнь не ценится ни в ломаный пятак,

Где матушка – Анархия, а батька – Боевой

Патрон, что в дуло черное забит не просто так!

Патрон забит на Общество, что ненавижу я,

Общественное Мнение, которое смердит,

На ту Мораль, что граждане латают под себя,

На Глотку человечества, что про Мораль твердит!

Нет, что вы, я не хулиган, не псих и не маньяк,

Здесь все без сумасшествия прекрасно обошлось!

Ну, раз уж я расклеился пред вами, как мудак,

Позвольте же поведать вам, с чего все началось:

Я был примерным мальчиком, о мире я мечтал,

Мечтал, чтоб людям весело и счастливо жилось,

Учился в школе грамоте, учебнички читал

И верил, что плохое все давным-давно прошло…

Увы, теперь мечты мои распяты на крестах,

А старые учебнички в буржуечках горят,

А то, во что я верил, превратилось в черный прах,

И сердце осветила вдруг сознания заря!

Потом нашел свою любовь, ее боготворя,

Сердечко вновь оттаяло, сознанье поборов,

Моя любовь – потом узнал – скользила, как змея,

Ко мне, к другому, к третьему – шалава будь здоров!

И вновь ко мне нахлынуло раздумье о беде,

Сознание бессилия, и свет в душе погас,

Нашел успокоение я в огненной воде —

Она меня, родимая, во веки не продаст!

Гляжу в окошко вечером в неведомую даль,

Мне б жить себе спокойненько, тихонько, как другим,

Да вот беда – ведь душу я давным-давно продал,

А совесть не купил никто, так я ее убил!

    Зима 1992 г.

Андеграунд

Рожденный весной в семье богатых граждан,

Ты был окружен лаской и добротой,

Имел в детстве то, что имел не каждый,

В игрушках ты видел смысл жизни простой.

Учился ты в школе, был примерный ребенок,

Урок отвечал ты у школьной доски,

Привык быть примерным ты прямо с пеленок,

Не зная ни горя, ни смертной тоски.

И в ВУЗе учился ты ровно и гладко,

Не пил ты вино и табак не курил,

Не думал о том, что живется несладко

Кому-то, кто этого не говорил.

Закончил ты ВУЗ с золотым аттестатом,

Который и стал тебе к жизни ключом,

Ты вырос и вот ты стал депутатом,

А может, директором или врачом.

Но вот ты – старик и конец твой приближен,

Тебе и во сне уже снятся венки…

Не знаешь о том ты, что кто-то унижен,

Разорван, растоптан, нарезан в ремни.