История под маяком

Его почерневшие доски будто ставили чернильное пятно на всём этом виде, как с открытки. А задний двор зарос высоким бурьяном. Непосвященный человек и не узнал бы, что там есть какой-то двор, настолько первобытная природа поглощала, отвоёвывала обратно даже те маленькие территории, что присвоил себе человек. Она была хитрейшим партизанским воином, который нападал, чуть только стоит тебе расслабиться. Михаил давно пустил уже почти всё здесь на самотёк. Но теперь он был тут не один, и не мог отделаться от странного ощущения.

Что, глядя со стороны на это место, действительно можно подумать, что это какая-то дыра. Он искренне не хотел ничего приводить в порядок, так как ему оно не мешало. Но, видимо, для этого пришло время. Тем более, пока девушки нигде не было видно. Он двинулся к сараю. Тот его встретил по обыкновению темнотой и пылью. И из этой темноты на него оскалились зубья грабель, вил, концовки тяпок, лопат, и, конечно же, красавица коса. Она легла в его руки. Но косой не везде пролезешь, и нужен был… Серп! А вот и он. Михаил увидел знакомую ручку и потянул её на себя, обнажая лихо закруглённое лезвие. Уже спускаясь вниз, он надеялся, что девушка уснула, или чем-то занялась, чтобы он мог поработать один, как и привык. Можно было думать о своём, размышлять, а работа в это время будто бы делалась сама. Он подошёл к дому. Вроде бы тихо. Если издалека казалось, что двор просто зарос травой, то теперь это выглядело, как настоящие мангровые заросли. Михаил перехватил поудобнее косу, и, взмахнув ей, начал прорубать себе путь. Трава поддавалась очень неохотно. Стебли, как будто уже сплелись в некую единую массу, и активно сопротивлялись своей вырубке. Не всюду лезвие даже проходило до конца, и приходилось делать два-три замаха по одному и тому же месту. Да и сама коса своим весом утягивала Михаила за собой, так что приходилось прикладывать определённые усилия, чтобы остаться на месте и не потерять равновесия. По итогу, за несколько минут работы, прорубил он лишь небольшой пятачок в непроглядных зарослях. Он делал очередной замах, вонзая лезвие в буро-зелёную биомассу, когда открылась фрамуга окна, и в нём показалось зевающее лицо Иры.

«Всё-таки вздремнула», – подумал Михаил.

– А что вы делаете? – поинтересовалась девушка.

– Двор выкашиваю, как видишь.

– А, так это тоже часть участка?

– Ну, была когда-то, – Михаил развёл руками.