Смертельный кредит. Документальный детектив

Хорошо отдохнув несколько дней, покатавшись на горных лыжах, Пунш окончательно отошел от неприятного разговора с Григорием и Хаповязовым. Размышления о возможных последствиях обмана привели его к мысли, что все не так плохо: ни в каких документах, которые могли бы повлечь за собой ответственность за мошенническое завладение кредитами, он не расписывался – это первое. Второе: случись что серьезное, он скажет, что Иван его подставил, воспользовавшись его доверием, вел у него за спиной свою игру. Третье и самое главное: у него есть миллионы долларов, есть большая квартира в Вене, где он может отсидеться, пока его друзья-эфэсбэшники будут решать вопрос с Григорием и Хаповязовым.

Не зря же он стучал на всех, когда работал в министерстве радиопромышленности СССР.

Ближе к середине января Пунш встретился с Бубенцовым и начал его инструктировать, что говорить на встрече с Дигоевским. Он убеждал подельника, что рано или поздно встретиться все равно придется, и очень важно уверить Григория: ничего страшного не произошло, деньги работают, согласно их предварительной договоренности, а Дронова он давно хотел поставить вместо себя на должность генерального директора «Интерпродукт-Capital».

А то, что вместо Дронова в кредитных договорах расписалась Крысина, объясняется его отпуском по болезни.

– Главное для нас – выиграть время, а дальше будем действовать по обстановке. Если начнется что-то серьезное, то подтяну тяжелую артиллерию, генералов ФСБ, – самодовольно, потому что ни в каких бумагах не «засветился», сказал Пунш.

Бубенцов, понимая, что он, напротив, следов оставил предостаточно, и имея в голове одному ему известный план действий, послушно согласился:

– Вам и решать.

Пуншу такое высказывание не понравилось.

Тем временем в штабе противника тоже шла подготовка к «стрелке» с кидальщиками. Взвесив все «за» и «против», возможные варианты решения проблемы, Григорий понял, что попал конкретно. В его багаже не было эффективных инструментов, которыми он мог бы надавить на аферистов и заставить их вернуть деньги.

Просить Хаповязова, чтобы он подключил еще более крутых ментов, чем он сам, – значит, платить, и очень много. Но будет ли от этого толк? Ведь у Пунша тоже есть, к кому обратиться в ФСБ, и деньги у него с Бубенцовым появились немалые. К тому же, менты с эфэсбэшниками, взяв плату, как правило, договариваются между собой и начинают клянчить еще больше денег.