Столкновение с квочкой. Рассказы о домашних животных

У него не было даже укрытия. Пришлось заняться постройкой уличного домика. Установили его прямо на крыше, приладив к нему сходни в виде лесенки из тонких веток ивы. Рядом прикрепили кормушку.

К общей радости Ванька принял новый подарок. В тот день он побывал там несколько раз, а когда сгустились сумерки, дети сообщили, что их любимец остался в домике. Мы с Мариной облегчённо вздохнули.

Потянулись дни раздельного проживания. Утром кто-то из нас поднимался по лестнице на крышу подсыпать корма и долить воды, а весь день Ванька оставался один для самоподготовки.

Его деревенская жизнь протекала в непосредственной близости от нас, но уже без нашей опеки. Временами он отлетал куда-нибудь на небольшие расстояния, а, возвратившись, занимал своё законное место наблюдателя.

Скоро вся деревня знала о голубе-подранке и его роскошном тереме на крыше дома городских. Именно так нас называли в первые дни знакомства и не только потому, что мы из города, а ещё из-за пустого подворья – там ведь на самом деле не было ни души, если не считать голубя.

Но кто такой голубь? По мнению деревни, бесполезная нетоварная птица, а уж дрожать над ней – сплошное баловство, на что способны только городские бездельники.

Ванька про эти разговоры, конечно же, не знал и продолжал вести свою полуосёдлую жизнь под взглядами хозяйственных прохожих, которых было много, если учесть, что дом наш рядом с магазином. Но Ванька не обращал на них внимание, они были для него такими же бесполезными, как и он для них.

Так продолжалось до тех пор, пока в нашу деревню не занесло попутным ветром Ванькиных сородичей. Именно занесло, потому что до того момента голубей здесь не было. Видимо, почуяли собрата и не поленились отмахать пяток километров из ближайшего села, где жил ещё ток, вокруг которого кучковалась голубиная братва.

Прилетело несколько. Усевшись на конёк пустующего дома, что напротив нашего, голуби стали посматривать по сторонам и возбуждать Ваньку. А тот – весь в движении: то спустится по лесенке к самому краю крыши, но дальше не идёт, лишь лапками перебирает, то снова возвращается к домику, где мечется в раздумьях несколько секунд, после чего опять бегом вниз, и так раз за разом на виду пришельцев.

Но те – ни с места, молча наблюдают, как странно себя ведёт приличный с виду родственник.

Нам тоже было непонятно, почему Ванька стал таким нерешительным в самый, казалось бы, ответственный момент его жизни.