Невинный Азраил и другие короткие рассказы

Она сообщила, что тираж в 500 экземпляров разошелся очень быстро.

Я как-то быстро об этом забыл. Однако из-за отзывов читателей мне пришлось вновь вспомнить про свои рассказы. Мой младший брат с возмущением меня предупредил следующим образом: «Тут люди не читают книг даже нобелевских лауреатов, не то что твоих рассказов! Так что написать книгу – это дело бесперспективное!». Я, разумеется, извинился за то, что занялся «таким кощунством», как сочинение рассказов, и тем самым своим личным хобби обеспокоил достопочтенных людей.

При разговоре с сестрой она также дала понять, что мои рассказы ее совсем не интересуют. В жизни ее интересуют только вопросы, связанные с благоустройством ее детей.

Я получил электронное письмо от одного из знакомых из-за заграницы. С этим человеком мы некогда провели немало времени в бакинских чайханах и в разного рода культурных мероприятиях. Он учитель игры на пианино. Бесспорно, как пианист, он талантлив. Он писал: «Я прочел твою книгу. Зачем тебе это? Может ты себя возомнил писателем? Все, что ты пишешь, это просто какая-то белиберда.

Ну и что, что ты написал книгу, хочешь сказать, что ты теперь важная персона? А я тут стал известным человеком, известным пианистом. Часто журналисты у меня берут интервью». Я, конечно, спросил у этого пианиста-примата, сколько мне надо ему заплатить за моральный ущерб и нанесенное ему личное оскорбление прочтением моих рассказов и прочей белиберды?

Еще один бывший знакомый, архитектор по профессии, по телефону своим сквернословием высказался по поводу литературы вообще.

Другой знакомый, вроде начитанный интеллектуал, человек творческой профессии, ревностный верующий мусульманин-шиит по телефону, чуть не задыхаясь от гнева и ярости, выплеснул следующее: «А что ты тут пишешь про Иисуса Христа? А что ты пишешь про Пана и Прометея?… Это что, ты в детстве все это видел своими глазами?». Я ему разъяснил, что Иисус наравне с Моисеем почитается в Исламе, и о нем говорится в Коране.

А вообще-то Иисус – это образ воплощения добра в лице земного существа, который прожил немного среди нас и ушел. Кое-кого он успел превратить в настоящего человека своим учением, а кое-кого не успел, и те остались внешне людьми, но животными по духу своему.

Хотя были и положительные отзывы от истинных интеллектуалов. Некоторых до слез растрогал рассказ об умерших детях. Тем не менее, мне очень ценны именно отрицательные отзывы.