Солнышко. Три новеллы о женских сердцах

Шемеш внешне была совершенно не похожа на Дану в детстве. Дана всегда была озорным, ласковым, подвижным голубоглазым одуванчиком, а в Шемеш чувствовалось какое-то взрослое достоинство. Впоследствии Яна поняла, что это из-за её осанки, сформированной бальными танцами.

– Привет, Солнышко! – ответила Яна, – какая же ты красавица, просто куколка!

Девочка улыбнулась смущенно, но без грамма жеманства, как улыбается женщина, знающая о своей красоте.

– Меня вчега мама водила в пагикмахегскую, – сказала она, старательно выговаривая трудное и длинное для израильтянки слово с двумя «р».

Яна не удержалась и провела рукой по её волосам. Они были шелковистые, но довольно жёсткие.

– А почему ты стгижешься так коготко, у тебя же тоже кгасивые волосы?

– У меня нет времени за ними ухаживать.

– Яна очень много работает, – встрял Дима, но на него не обратили внимания.

– А у тебя есть дети?

– Да, у меня тоже дочка.

– А сколько ей лет?

– 23.

– Ого! Она уже была в агмии?

– Ну конечно, доча, в армию ведь идут в 18, посчитай сама, – снова вмешался Дима, но его снова проигнорировали.

– Да, она уже отслужила, сейчас и учится и работает. Она хочет быть модельером.

– Это что? – не поняла урожденная израильтянка нового для неё слова.

Яна не успела открыть рта, как Дима ответил:

– Не что, а кто, доча. Модельер – это человек, который придумывает новые фасоны одежды.

– Ух ты! – удивилась девочка.

Во время этого разговора Дима сидел напыщенный, как индюк и время от времени поглядывал по сторонам.

Ему, наверное, казалось, что все видят и завидуют тому, что он сидит в окружении таких двух красавиц. Тогда Яну это умиляло, но довольно быстро она поняла, что большую часть его отцовской любви занимает эгоизм и гордость и что ему важнее, чтобы было чем похвастаться перед другими, чем то, что чувствует ребёнок.

– Папа рассказал мне, что ты очень хорошо танцуешь, – решила Яна польстить отцовскому самолюбию.

– Да. У меня снова ского будет конкугс. Ты пгидешь?

– С удовольствием! Я бы и сама хотела научиться.

– Шемеш тебя научит, – ответил Дима, чем напряг их обеих. Девочка хорошо танцевала, но не хотела учить, а Яна понимала, что для учебы надо много времени, проведенного у неё дома, ведь больше негде. Когда Дима допил свою колу, Шемеш доела мороженое, а Яна допила клубничный коктейль, они пошли в парк. Сели на скамейке по обе стороны от девочки.