Пространство сна

Ирина хотела отправить ее домой с еженедельной машиной, курсировавшей между гостиницей и их домом в Барвихе, но потом, поддавшись уговорам Матрены, согласилась оставить до выходных, о чем теперь жалела.

На самом деле ей гораздо больше нравилась новая «тетя?», чем прежняя. Оказывается, внутри этой, закованной в латы педагогических и медицинских знаний, женщины жила нормальная баба со своей тоской и нерастраченной нежностью. Оказывается, она действительно любила Сереньку, а не просто пыталась с его помощью доказать свои научные выкладки.

Оказывается, не зря она называла себя Надин, потому что французским она владела в совершенстве, что было не очень заметно в Париже, где ее заклинило и она просто не могла вымолвить ни слова на заграничном языке.

Кроме того, у тети? обнаружился красивый и довольно сильный голос, которым она вполне сносно целыми днями напевала песни из репертуара Джо Дассена и Мирей Матье. Все это было очень здорово, но…

Но доверить сына полупьяной женщине Ирина все-таки побаивалась, к тому же Надин вдруг начала заигрывать с охранниками, а потом перешла и на местных жителей, чем привела Замковскую уже в полное возмущение.

Она никак не могла понять, когда «тетя?» умудрилась превратиться из интеллигентной женщины в запойную алкоголичку. Ирине казалось, что та просто валяет дурака.

Допрос, проведенный в один из редких просветов, дал странный ответ. На прямой вопрос Замковской:

– Надин, что случилось, почему вы пьете?

Тетя? вздохнула, посмотрела куда-то вдаль и сказала:

– Нравится…

С детства ненавидящая пьянство, Ирина нашла все-таки в себе силы вежливо спросить:

– А раньше?

– А раньше я и не знала, что может быть так хорошо, – честно призналась Надин, продолжая глядеть куда-то вдаль.

Хоть и не запойная, все равно не понятно, что с ней дальше делать.

Матрена, виновато глядя на Замковскую, каждое утро и вечер являлась покормить и поиграть с Серенькой.

Она уже ничего не говорила в свое оправдание, но и денег за визиты брать отказалась категорически.

Доктор Ирине с Серенькой съездить в Москву повидаться с Тимофеем разрешил, но предупредил, что лучше всего, если они вернутся в понедельник к занятиям, а в субботу и воскресенье не будут делать перерыва в попытках научить Сереньку катать машинку по полу, а не хватать ее и прижимать к себе. Никакого прогресса на эту тему пока видно не было.