Пёстрые рассказы

Развалился, гад, на кресле за двухместным столиком в кафе, сидит себе, пиво потягивает, рядышком с этим типом в панаме… а мне что прикажешь делать? Стоять в сторонке, смотреть как ты кайфуешь в летний зной?

Вообще-то он парень ничего, этот Мурик. Но кой чёрт занёс его сюда, именно в этот час?.. Я бы, между прочим, тоже запотевшую кружечку опрокинул… но место, место-то занято!..

Хороший он парень, когда спит. А когда не спит… что говорить! Шляется вечно, где ни попадя. Сидел бы дома, детективчики мусолил. Или с тёлками парился.

Вот, цапнул зажигалку со столика. Кинул сигарету в пасть… хорошая зажигалка, с первого раза сработала: мягко так высунула язычок, лизнула сигарету – и голубоватый дымок над столиком… отличная зажигалка!

Но что с ним делать? Ноги оторвать? Убить совсем, к чертям собачьим?..

Но зажигалочку, Мурик, ты мне отдашь, сильно она мне нравится – милая такая вещичка, с перламутровым отливом…

На выходе из парка догнал, хлопнул по плечу:

– Огонька не найдётся?

Болван развернул квадратное рыло, рёв, начинающий восходить из утробы, смолк на полпути.

– Ты?.. Да без огонька?.. может, и сигареты забыл?

– Сигареты в наличии, а вот зажигалку посеял. Ну-ка, пособи…

Огонь уютно вытянулся из перламутровой оболочки. Я сдержанно похвалил.

– Хорошая вещица, уступил бы товарищу…

– Не-е, от добра добра не ищут, – исправная вещица…

– Ну так продай!

– Вон ларёк, купи новую.

– Мне твоя глянулась, уступи!

Мурик злорадно ухмыльнулся:

– Не-е… в твои годы свои надо иметь.

– Спорим, уступишь?

Болван недоуменно воззрился, но всё же спросил:

– Какую купюру предложишь?

– А какая первая попадётся.

Я вынул из кармана стогриновую, не глядя протянул.

– Годится?

Квадрат вытянул губы трубой, промычал:

– Ты чё, серьёзно?.. за эту дрянь? Штамповка же…

– Серьёзно. Уступаешь?

– Бери…

– Ну вот, ты и проиграл спор. Бывай покуда…

Я сунул зажигалку в карман и зашагал прочь.

Но встревоженное чудовище не угомонилось.

– Слышь, Шурик, я что-то не догоняюсь… ты разжуй толком, чтоб без

обиды… коллеги всё-таки…

Глянув на его покрасневшую, вдруг ставшую добродушной ряху, я расхохотался:

– Знаешь, я тебе случай расскажу, а ты кумекай. Добро?..

– Добро…

– Ну, так вот. Попал, значит, цивильный мужик в плен к людоедам. Стоит связанный, ждёт участи. Рядом костёр потрескивает… а племя сидит вокруг, глазами мужика пожирает.