Друзья-соперники

Я ответил, что хотел бы кому-то показать свои стихи, посоветоваться, стоит ли мне продолжать это дело…

– Знаешь, Арсений, извини, что обращаюсь на «ты», мы с тобой творческие люди, а у нас все проще – без отчеств и прочих расшаркиваний, ты не против? – словно испытывая меня, спросил хозяин кабинета. И, не дожидаясь ответа, продолжил в том же духе, – я не являюсь докой в этом вопросе, но могу показать стихи кое-кому, у нас в клубе есть неплохие поэты. Не исключено даже, что кто-то заинтересуется, напишет на твои слова песню, а то и не одну…

Я заворожено смотрел на него, словно на кудесника, плетущего замысловатую вязь из слов.

А он добавил:

– Если не напишут, ничего страшного, сотворчество – дело тонкое. Пока походишь к нам, присмотришься, а там видно будет.

Меня не коробила его фамильярность, наоборот, доверительный тон обнадеживал. Я выразил сожаление, что стихи написаны от руки, а мой почерк не каждый разберет…

Никишин ответил:

– Это не проблема, я дам рукописи Наде – машинистке, она разберет.

 – Усмехнувшись и понизив голос, доверительно добавил: у меня тоже почерк, как у курицы, которая лапой… Не волнуйся, напечатает, сейчас у нее не так много работы.

На том и разошлись. Через недельку я забрал листы со стихами, и заглянул к главврачу поблагодарить. Тот встретил меня, как старого знакомого, сам заговорил о бардовском коллективе, пригласил принять участие в совместном концерте, посвященном юбилею директора санаторского клуба Борису Махову. Поведал о предстоящем фестивале, который проходит ежегодно под сводами данного лечебного заведения.

Я так далеко не загадывал, сказав ему, что на концерте еще не смогу быть на равных с профессионалами, играющими и поющими бардами, среди которых, я слышал, есть лауреаты различных фестивалей.

– Это не беда, – парировал он. – Просто попробуешь свои силы. Это ни к чему не обязывает. Стихи твои мне понравились. Тебе нужно больше общаться с разными людьми. Может, встретишь единомышленников, время само покажет, что приемлемо, а что нет.

Творчество не любит фальши.

Так что приходи на юбилей Бориса. В недавнем прошлом он был известен в городе как руководитель вокально-инструментального ансамбля. В девяностых ансамблю не удалось выжить, и он распался. – Улыбнувшись, пошутил, – к сожалению, сегодня – вчерашние длинноволосые ребята смотрятся не так свежо, как раньше. Я сам был из них, а теперь вот… – Он погладил ладонью свою лысину и добавил: – но не все еще потеряно.