На заре

Как–то раз наши девочки испекли на уроках труда пирожки со всякой всячиной (мясо, картошка, капуста) и предложили нам, парням, угоститься. Все мы, в той или иной мере, любили перекусить, но от такого подарка отказались. Так как никто из них, новоиспеченных поварих, не внушал нам доверия к их кулинарному таланту. Отказались мы все, кроме одного. Угадайте, кого. Не успели мы все вежливо и тактично сказать им о том, что сыты, как Саша уже набивал рот 2-ым пирожком, взятым с нам предложенной тарелки.

На следующий день в школу он не пришел. Ходили слухи, что Санек отравился.

В общем, при всех своих недостатках, Лаптев был нормальным «челом», как у нас говорили. Учился не то что бы плохо, но с техническими дисциплинами явно дружил. За пачку пенья должен дать мне списать сегодня математику. Всегда давал. Мы с ним умели договориться.

Отвожу от Саши взгляд, чтобы присмотреться ко 2-му соседнему ряду, как чувствую небольшой щелчок по затылку. Вроде от линейки.

Поворачиваюсь назад, заранее зная, в чём, да и ком причина моего беспокойства.

6. Когда же звонок?!

Ну да, кому бы это ещё быть? Знакомьтесь, Настя Агибалова. Моя соседка по парте, сидит аккурат позади меня. Сидит и время от времени бьёт меня по затылку (не сильно, если что), тыкает в мою спину своей гелевой ручкой, сопровождая все эти свои действия ехидными фразочками аля «что ты, Максик?» или «Максим, расскажи шутку». Будто я стендапер какой – то.

Зачастую она и вовсе обходилась без всяких фраз. Просто тыкала в меня своими канцелярскими товарами и отвешивала мне, ими же, всякие оплеухи и подзатыльники. Опять же, не сильно.

Я знаю, что вы скажете. Я понравился девочке, вот она и не знает, как ещё мне об этом сказать. Что ж, возможно. Настя учится у нас в классе уже 3 года, и всё это время сидит позади меня, неустанно напоминая мне об этом своими детскими шалостями, всегда направленными в мой адрес.

Она красивая, умная (тоже, как и Сашка, очень даже неплохо разбирается в техдисциплинах), хорошо одевается, но чтобы ответить ей взаимностью, мне нужно что – то ещё, что – то иное. В миру это зовётся искрой, химией между двумя людьми. Ну, так вот, этой самой искры у меня к ней нет. Так что буду молча сносить её чуть ли не ежечасные знаки внимания мне.

«Да?», – спрашиваю её, наперед зная, что вразумительного ответа мне от неё не дождаться.