Стихосны

Друзья, которые были на меня подписаны, начали писать, что им нравится моя позитивная страничка и вообще позитивный взгляд на жизнь. Я писала стихи в детстве, но чисто для подарка – писала и дарила. Для себя их не сохраняла. Я начала писать «мотивашки в стихах». Они были в основном жёсткие, ритмичные и военные (в плане четко под марш читать, как на параде). Дальше пошли стихи уже с добавлением личных переживаний, и пошла в основном лирика, философия, ненависть и злость. Далее я начала экспериментировать. После домашнего задания по актерскому мастерству – нам задали написать историю про предметы, я написала очень удачный рассказ о карандаше и ластике, уже не вспомню его, но это был фурор – я подумала: «А может у меня получится писать рассказы?», и вышла из меня пара рассказиков-паразитов.

Не знаю, почему именно «паразитов», наверное, они как «паразиты мысли» – застревали в голове и там сидели, пока не дойдет вся перенесенная в них суть. Дальше у меня в жизни была несчастная любовь, так что я много писала про любовь, но уже помимо стихов, рассказов, писала и просто мысли на этот счет, и зарисовки на интимную тему (мини-фантазии, романы). Я поняла, что не стоит писать огромные тексты – их никто не читает – и создала группу в соц. сетях, где на фотографии друзей и просто понравившиеся фото писала 2—4 строчки ассоциаций в стихах. Параллельно в других группах писала стихи на конкурсы. Как-то меня даже сделали администратором группы за талант переносить суть. Когда там было около миллиона человек, группу у нас нагло украли. Отзывы были постоянно, особенно о том, как я попадала в точку, описывая человека на фотке. Я задумалась и поняла, что мне дано видеть человека и выражать это через стихи. Много писала, много дарила и посвящала текстов: и песни, и рэп, и вообще уже всё подряд – как душа и муза лягут, то и пишу. Постепенно писанина стала полусознательной, то есть, если захотелось писать – я брала телефон или блокнот, садилась и «что муза навеет». Выходило реально много философии, и стихи стали «волшебными», они как предсказание для меня на будущее – лишь спустя время я понимала их смысл, и они разговаривали со мной. Меня часто прорывает на писанину после чего-то услышанного, чьей-то истории или рассказа, или после снов, мечтаний, идей. Я заряжаюсь и сразу понимаю – надо писать. После трёх тяжелых лет в другом городе у меня накопилось много слов, через край, потом умер отец, и всё накопленное вылилось в книгу «Вера в человечество и многоточие».