Полое собрание сочинений

– Чо луписься? Опять в полном неадеквате?! Сколько сейчас времяни? На часы смотрел? – баба Зоя сама по- смотрела на часы и поняла, что они стоят. И Сева тоже стоит. Уже минуту неподвижно стоит и смотрит на неё.

Черепаха Матильда тоже смотрела на происходящее с недо-умением и большим удивлением. Как Зоя Мескалиновна Пейот смогла ворваться в остановившееся время? Почему сама Матильда не догадывалась о том, что, кроме неё и Севы, ещё кто-то может управлять временем?

– Ты, Сева, в последня время очень часто меня пугаишь.

Я тебе утром поисть принесла, супчику моего фирминаво с хлебом, а ты чо? Гнида! Зачем из тарелки с супом сделал палитру?

Зоя Пейот подошла к часам, открыла дверцу, повернула несколько раз ключ взвода, подтолкнула маятник, и нависшую в комнате тишину нарушил равномерный ход. Ход. Затем бой. Ход времени и бой против энтропии.

Время пошло. Ровно, чётко, неумолимо. Тик, а потом так.

Матильда втянула лапы и голову в панцирь, ибо она была опечалена бесцельным ходом времени и обескуражена проделками старой бабки.

Сева тоже не мог понять, зачем Зоя ускорила время и почему убрала со стола макет, с которого он творил очередной проект.

За окном светало.

Вила Бертран

Сева пристально смотрел вдаль и грустно вздыхал. Космопорт Бертран находился в глубине сине-голубого леса, на берегу прозрачно-серого озера с ласковым названием Лабертран, в котором сине-голубыми разводами и оранжево-коричневыми пятнами он и отражался.

Эта планета была одной из многих миллиардов жидких планет с различными видами живых и полуживых существ, которых называли траны, раны и аны. На таких планетах Сева Даль из Фигася в послед-нее время бывал очень часто. Везение, подумаете вы? Ничего подобного. Эти эксперименты были очень опасны.

Азотная атмосфера этой планеты придавала всем растениям и живым организмам оттенки от тёмно-синего до светло-голубого цвета. Изредка попадались бурые и коричневые камни.

А чёрные пятна ракетных корпусов, гордо возвышающиеся над просторами планеты, грозным ястребиным взглядом смотрели в фиолетово-бурое небо. Радостный и ярко-кричащий вид планеты не веселил Севу. Было всё так же грустно. Или ещё грустнее.

Висящие в воздухе пятнышки серого цвета изредка перемещались то вправо, то немного левее.

«Птицы, – подумал Сева. – Или мухи…»

Но это были всего лишь листья, просыпающиеся после длительного сна.