Полое собрание сочинений

В телепортаторе был отрицательный баланс, а услуга «Доверенный телепорт» работала всегда на плохих шлюзах.

– Если, сынок, ты сказал правду, моя сущность выйдет из-под контроля и осуществит какое-либо деструктивное действие с базами данных, последствиями коего может быть искривление пространственно-временного континуума и возвращение Вселенной в состояние сверхновой коллапсирующей в минуспространство. Передай это твоим настоящим родителям и скажи им, что через год мы сможем тебя забрать, только платно. Многоплатно! Понимаешь?

– Да, папа.

– Теперь, сыночка, по выходным только оффлайн! И на свежий воздух! Скафандр с баллонами мы уже купили.

Двенадцать

Стихами выливая псевдоформу на поверхность,

Он ленту вечности объёмом вышивает,

Преградами опутан, словно паутиной капилляров,

Неточные судьбы удары отражает, поражая.

Его в порывах гнева озаренье покидает,

На то она и жизнь, искореняя нетерпимость,

Плетётся нитью пагубно-смиренной,

Рыдает, тает, падает плашмя, сознанье закрывая.

Безукоризненный узор воспоминаний ровный

Нарушен приступом банальной энтропии,

Вплетает аритмию в ровное дыхание Вселенной.

Двенадцать циклов пройдено, отныне всё по кругу.

Цветок рододендрона расцветёт под лунным светом,

Лазурно-мрачно-тускло-алого окраса пышный,

Движеньем мысли покрывало вечности чуть вздрогнет

Следами старых масляных подтёков чертыхнётся.

Слой пыли сбит одним лишь взглядом, слышно

Стоит безмолвьем окружённый, словно слово,

Роняет буквы, знаки, цифры, смысл изменяя,

Он Сева Даль – пацан всего-то, и ему двенадцать.

Сонные мухи

– Мы не можем забрать его с собой, Гллокк. Он огромен!

– Следуйте директивам, а не здравому смыслу, Гррытт. Не на каждой планете встречаются такие интересные формы еды, грузите его на подъемник, – капитан был чрезвычайно рад находке, потому что последние 12 999 999 световых лет они не встречали столько биомассы ни на одной планете.

– Но как вы себе это представляете, он больше подъемника в тысячу раз! – Гррытт, старший помощник капитана Гллока, был прагматиком четвёртой степени, но иногда его доводы выводили из состояния спокойствия даже саму сущность спокойствия.

– В тысячу триста сорок два раза, если быть точным, – подметил бортовой анализатор, которого ласково называли Жжузз.