Записки Дмитровчанина

Когда пришел в себя, перед глазами, невдалеке, в полной темноте, чернело что-то большое и громадное, и оттуда-то раздавались звуки и мелькал огонек.

Я понял, что вернулся в нормальный мир, что лежу в кювете рядом с шоссе, а на обочине стоит грузовая машина, которую кто-то чинит. Выполз к машине, поднялся держась за бампер и вдруг услышал:

– Парень, ты что там стоишь, залезай сюда на капот.

Какого мальчишку надо упрашивать, когда в машину приглашают. Я быстро залез на бампер, увидел открытый капот двигателя, где, в луче маленькой лампочки, шофер чего-то делал.

– Подержи лампочку, а то мне не удобно и светить и ремонтировать.

Я подвинулся по бамперу поближе, взял лампочку и стал светить туда куда показывал шофер. Через некоторое время, он закончил ремонтировать, пошел завел двигатель.

– Слезай, садись в машину.

Меня упрашивать не надо. У меня папка шофер, я знаю как двери открывать Быстро забрался в кабину.

Шофер сел тоже и говорит:

– Ну спасибо, помог. Тебя как зовут-то?

– Боря.

– А меня дядя Коля. Далеко тебе, откуда идешь?

– На Пролетарский, из пионерлагеря иду, брата навещал.

– Ну ничего, сейчас быстро доедем.

– А меня папка, тоже шофер, – похвастался я.

– Ладно, сиди давай, погрейся вон весь мокрый сейчас подъедем.

Я сидел в теплой машине, которая ехала по шоссе, освещая фарами мокрую дорогу и представлял как буду рассказывать ребятам о том, что я ночью прошел через кладбище, да еще и на машине прокатился.

Не поверят ведь. И все что было со мной, под ровный шум мотора стало потихоньку отступать куда-то далеко, далеко.

Русский язык

«Мужество – добродетель, в силу которой люди в опасностях совершают прекрасные дела…»

    Аристотель (IV в. до н.э.)

Вообще-то я русский, по паспорту. А по сути я не совсем понятной национальности, Мама моя была латышкой еврейского происхождения или, наоборот, еврейкой латышского происхождения.

Папа же мне всегда говорил, что у него в предках были и русские и греки и с гордостью показывал свой красивый и большой с горбинкой нос. Это, дескать, от греков достался. Мы жили тогда в Латвии, в городе Цесис. Поэтому, когда встал вопрос, где учиться, меня недолго думая, отправили в русскую школу с латышским уклоном. Ну и говорил я одновременно и на русском, и на латышском.