Сценарий по рассказу «Акулькин муж» Ф.М. Достоевского

Лихие катания в повозках с обществе симпатичных цыганок – все это в сценарии есть. Есть также и нотки юмора в облике главного героя, которые роднят его с Емелей-дурачком. Он и есть Емеля, только злой. Точнее, он -настоящий Емеля; в отличие от сказочного прототипа, в реальности он мог быть только таким. У зрителя будет возможность разрядить напряжение благодаря смешным ситуациям, в которые попадает вечно пьяный, глупый и завистливый герой.

Также я предлагаю фьюжн в музыкальном оформлении. Поступки и мысли героев, по моему замыслу, в одной из сцен должны сопровождаться звуковой дорожкой из «АВВА».

И не только для того, чтобы показать вневременность истории, но и для утешения зрителя; точнее, для того, чтобы дать зрителю силы увидеть в героях те немногие проблески добра и любви, которые у них все-таки есть.

Сцена 1.

Утро. Полутемная комната в доме главного героя Ваньки Шишкова.

Обстановка, которую в московской мещанской среде того времени (1840-е – 1850-е гг.) сочли бы небогатой. Но здесь, в маленьком сибирском городке, она считается достаточно зажиточной.

Русская печь, пестрые половички. Чистенькие полотенца украшают иконы в красном углу. При этом в комнате много всякого скарба – кадушки, бочки, утварь, пыльные сундуки. Много старого тряпья, отчего в голубоватом утреннем свете в воздухе носится пыль.

Мать и старшая родственница главного героя уже встали и хлопочут по хозяйству. Мать будит сына, который лежит на печи, накрывшись пыльным овчинным тулупом.

Мать: – Вставай уже. День на дворе.

К Анкудиму пора пряники нести. С ночи пекла, а с тобой засохнут.

Родственница: – Куда ж ему встать, если полночи гулял.

Ванька с трудом поднимает голову и медленно садится на печи, протирая глаза. Его грязные спутанные волосы всклокочены, лицо опухло. Видно, что вчера он сильно выпил лишнего.

Мать: – Спасибо еще, что Анкудим наши пряники берет. Дай ему бог здоровья. Без него бы померли.

Родственница: – Хороший человек. Богатый, а добро помнит. Помнит, как с Семеном дела вел.

Мать: – Эх, кабы Семен не помер, может, еще бы сосватал бы его Акулинку за нашего.

(Грустно смотрит на сына). Человеком бы сделал. А теперь что ж…

Родственница (раскатывая тесто): – Куда там! Анкудим Трофимыч на Фильку Морозова виды имеет. У того ж от отца за Анкудимом четыреста целковых осталось. Понятно, он деньги отдавать не хочет, а хочет дочку за него отдать. Да только… (понижает голос) говорят, не бывать этому. Филька-то, как наследство получил, вконец загулял.