Фантасмагорические картины из жизни следователя

 – Значит, некуда тебе с подводной лодки деваться!

– Похоже на то…

– Но, я так понял, тебя, Татьяна, эти его выебоны не сильно трогают?

– Ну, а если бы они меня сильно трогали – что-нибудь изменилась бы?

– Тань, ну ты прямо – женщина-философ!

– За «женщину» – спасибо!

Мы опять поржали, уговорили-таки Костю на кофе, он сходил к себе, принес печенье, и мы стали пить кофе втроём.

– Я вот даже сам иногда думаю, что бросать эту работу надо к чертям собачьим, – говорил Костя, – только постоянно себя уговариваю, что до пенсии уже всего-ничего осталось, что нужно продержаться…

– А сколько?

– Три года еще.

– Ну, а мне-то – гораздо больше, – сказала я.

– Но и такое обращение тоже терпеть…

– Да дело в том… Меня-то это раньше как-то вообще не касалось.

– Вот я про это и хотел сказать – что ты, Татьяна, вроде как, всегда здесь на хорошем счету была. Я когда только пришел, мне уже говорили: мол, Танька – умная девка, у ней дела сложные.

– Да не так уж много я сдавала. У меня всегда полно приостановленных, прекращенных было.

– Так все равно, наезды эти на тебя – совершенно не за хрен ведь собачий. По большому-то счету, у нас есть, кто дуб-дубом, а ничего – хотят в фаворе…

– Костя, ты бы что-нибудь хорошее бы рассказал, – попросила я. – Веселое…

Тут зазвонил телефон. Я, было, потянулась к трубке, но отдернула руку и, скорчив жалостливую рожу, сделала знак Надьке, чтобы ответила она.

– Если это… эти – меня нет, – прошипела я в полголоса, хотя трубку Надька ещё не подняла.

– Следствие, – сказала она в трубку. – Да… Да, здесь… сейчас, – и протягивает трубку мне, шепотом поясняя: – С прокуратуры!

– Слушаю, – говорю я. – Да, доброе утро, Наталья Антоновна!.. Да… А какой отказной? Там их было два… Да… там по банку один, а второй – там заявление было от фирмы «Три слона»… Этот, да?.

Костя подумал, что это надолго, сказал: «Ну, я пойду», забрал свою кружку и вышел из кабинета.

– Я поняла, – продолжала я в телефон. – Хорошо… Я тогда приду сегодня, заберу его… Да-да, я поняла… Ну, конечно же… Да, всего доброго…

Я аккуратно положила трубку, прижала ладони к вискам и спросила:

– Ну, когда же это, наконец, закончится-то?

– Что там, Тань? – спросила Надька.