Фантасмагорические картины из жизни следователя

Я на ней стояла, раскинув руки, и представляла, что я на «Титанике». Ещё, что-ли, залезть? Только зачем? Ничего нового… Хотя, вид оттуда совсем другой открывается, чем просто с вершины – как будто бы взаправду паришь в небе. И ветер… Но я поленилась и повернула обратно.

Спускаясь на канатке, я поджала под себя правую ногу, положила руки на спинку сиденья, и, чуть зажмурившись, смотрела на самый край горизонта, стараясь не двигать взгляд. Очень медленно линия горизонта приближалась, вставая все более ближними грядами гор.

Я заметила впереди долину между двумя склонами. Склоны, густо заросшие лесом, а долинка – чистая, взбирается себе полого вверх, а потом, наверное, переваливает на ту сторону. Можно по ней пройти… Так, наверное, в древности там и ходили всякие местные жители, какие-нибудь странники, герои былинные. В гору и под горой… Вот ведь в таких же примерно местах и шарились все те хоббиты с гномами у Профессора. И без всяких там канатно-кресельных дорог, вообще без дорог. Совсем. И тащили на себе всё – и жратву, и оружие с доспехом. А вокруг орки околачиваются, эльфы под луной поют и веселятся, а впереди ещё дракона воевать надо… Вот времена были – богатыри, не мы! Так, мечтая о временах, когда на Земле ещё водилось волшебство, я доехала до нижней станции канатной дороги, соскочила с сиденья и пошла себе пешком до дяди – в автобус меня больше не тянуло.

…Что мне последнее время в себе не нравиться, так это то, что настроение мое стало жить какой-то своей отдельной жизнью.

Вот сейчас – в принципе – у меня, похоже, появились реальные проблемы на работе. Причем проблемы не по работе, а именно на… Последствия они могут иметь для меня нехорошие. Хуже всего то, что я не понимаю причин этих проблем… И при этом меня это нисколечко не заботит, не волнует, не настораживает. Не трогает. Я всё вижу, понимаю. Сделать ничего не то, что не могу – а не могу потому, что не понимаю, в чем дело – а не хочу ничего делать, разобраться… И при этом – вот только сейчас до меня дошло – сохну я по этому вчерашнему мальчику. Которому дала по пьяни, от нечего делать, от того, что проблемы у меня на работе. Как зовут которого – не помню. Локти себе кусаю… Что стоило ну хоть что-нибудь ему сказать? Ну, ведь он сам был бы не против продолжения… Это понятно. Хотя, он ведь тоже ничего не… Ну что мы за уроды такие? Или это всего лишь недоёб долгий сказывается – готова в первом встречном не пойми что увидеть.